Эволюционные процессы развития сознания могут быть сильными и слабыми, энергичными и вялыми, здоровыми и больными. Уровень их напряженности зависит от бесконечного множества конкретных, и в случае каждого отдельного этноса, неповторимых историко-природных причин.
Слабость эволюционных процессов сознания (и живого вещества вообще), недостаточная их напряженность, их вялость ведут, в конечном счете, к избыточному скоплению мортмасс и постепенно замедляют эволюционный процесс.
Если мортмасса переживших свое время идей не растворяется плодотворно в живом сознании современной эпохи, а окаменевает в нем, превращается в идеологемный тромб, мешающий течению «духовной крови», живое вещество сознания начинает «гнить», переходя в состояние исторического гомеостаза и ментального коллапса.
* * *
Процесс взаимоотношения «биомассы» и «мортмассы» идей и «процентный» их состав в сознании человека и этноса обусловливает то состояние, в котором находится это сознание, – и, соответственно, место его на шкале творческой эволюционной перспективности («Лествицы Иакова»).
Скопление природной и идейной мортмассы, угрожающее энтропией живому веществу природы и сознания, издревле воспринимается эволюционным человеком как Зло и персонифицируется как дьявол – Повелитель Мортмассы.
В мире идей и в мире эмпирики воплощением мортмассы идей в действии является любой радикализм, призывающий к уничтожению живого и осуществляющий уничтожение живого, независимо от степени «исторической оправданности» этих призывов и действий.
Эволюционная трагедия человеческого сознания, кроме того, что в каждом своем конкретном случае оно сознает себя центром потенциальной мортмассы, состоит еще и в том, что на определенных этапах своего эволюционного развития, в силу тех или иных историко-природных причин, центром жизни сознания человека и этноса становится мир идейных мортмасс. Культ Повелителя Мортмассы – в его метафизическом или антропоморфном виде – начинает занимать в таком сознании (индивидуальном или этническом) центральное положение.