Таким образом абсолютно бессознательна та психическая деятельность, которая на основе физиологически бессознательного творческим синтезом создает явление сознания. Но эта деятельность по своей сущности есть функция категориальная, если категориями захватываются формы созерцания пространства, времени и целесообразности. Она есть идеальная антиципация содержания, подлежащего реализации, т. е. осуществление будущего, логическое определение того, что еще не есть, но подлежит реализации посредством силы, присущей этой деятельности; она есть установление связей, в которых, в конце концов, состоят как наличное бытие, так и сознание, аналитико-синтетическая интеллектуальная функция и динамическая волевая сила осуществления. Она есть представление со включением стремления к осуществлению представленного (Гербарт, Гегель), или хотение со включением определенной и, однако, еще не действительной (идеальной) цели (Шопенгауэр, волюнтаристическая психология), или двойная функция, заключающая в себе представливание и хотение в их нераздельном единстве.
Ни хотение, ни представливание, ни мышление никогда непосредственно не вступают в сознание, как это воображает наивный реализм. Хотение, по-видимому, входит в сознание только посредством представления своей цели, или содержания, а также сопровождающего их чувства и отраженного ощущения его напряженности и ослабления ее; деятельность представливания – только посредством ее готового продукта сознательного представления на чувственной основе ощущения; мышление – только посредством следов, оставляемых им на пути и отпечатывающихся в сознательных представлениях. Но как деятельности, всякое хотение, представливание и мышление – абсолютно бессознательны, и кто отрицает абсолютно бессознательную деятельность, должен отрицать также всякое наше хотение, представливание и мышление, как психическую деятельность, и объяснять ее иллюзиями сознания, которым не соответствует никакая иная действительность, кроме механических движений материальных мозговых молекул.