Но Он не обращал на нее внимания. Ученики, стали просить: «Прогони ее, а то всю дорогу идет и кричит».
Иисус сказал: «Я послан к одним лишь погибшим овцам дома Израиля».
Но женщина стала на колени и говорит: «Господь! Помоги мне».
Иисус сказал: «Не годится отнимать хлеб у детей и бросать псам».
Она ответила: «Да, Господь! Но и псам достаются крохи, которые обронили под стол хозяева».
Иисус говорит ей: «В твоих словах большая вера, женщина. Будет как ты хочешь!» И дочь ханаанеянки сразу исцелилась.
Иисус отправился к Галилейскому морю. Там на горе Он сел.
Собралась толпа. К Его ногам подвели хромых, слепых, немых и прочих калек. Он всех исцелил.
Толпа была потрясена: немые заговорили, калеки встали на ноги и слепые прозрели. Все стали славить Бога Израиля.
Иисус подзывает учеников и говорит: «Жаль Мне людей. Уже третий день как они тут со Мной ничего не едят. Не хочу отпускать их голодными. У них не будет сил на обратную дорогу».
Ученики говорят Ему: «Где нам в такой глуши взять столько лепешек, чтобы накормить всю эту толпу?»
Иисус спрашивает: «А сколько у вас найдется?» Отвечают: «Семь. И еще есть несколько рыбешек».
Иисус посадил народ на землю,
Взял семь лепешек и рыбу, с благодарением разломил и дал ученикам, а те – народу.
Люди досыта наелись, а что осталось, собрали. Набралось целых двенадцать корзин.
Мужчин было четыре тысячи, а еще ели женщины и дети.
Иисус распустил толпу, а сам на лодке отплыл в сторону Магадана.
16:1—28
К Иисусу пришли фарисеи и саддукеи и стали с подвохом просить у Него указания с неба.
Он ответил: «Вот вы говорите: «Алый цвет неба на закате – к погожему дню, а огненные облака на рассвете – к ненастью». Читать по небу погоду вы умеете, а вот указаний времени понимать не хотите.
Клятое, беспутное поколение не может без указаний. Не будет ему указаний, кроме указания пророка Ионы». И Иисус ушел от них.
Ученики переправились на другой берег. Хлеба с собой не взяли, забыли.
Иисус говорит им: «Будьте внимательны. Нельзя забывать об опасности фарисейской и саддукейской закваски».
Ученики посовещались и говорят: «Это к тому, что мы хлеба не взяли».
Иисус вмешался в их мысли и сказал: «Почему вы, маловеры, решили тут, что это о вашем хлебе?
Как вы не подумали и не вспомнили о пяти лепешках на пять тысяч человек! Сколько корзин вы набрали?
И еще о семи лепешках на четыре тысячи! Сколько корзин вы набрали?
Да, нельзя забывать об опасности фарисейской и саддукейской закваски. Но как вы не поймете, что это не о хлебе!»
Тогда они догадались, что Он говорил им не о закваске, а об опасности фарисейского и саддукейского учения.
Шли по предместьям Цезарии Филипповой. Иисус спрашивает своих учеников: «За кого люди принимают Сына человеческого?»
Они говорят: «Одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, Иеремию или за кого-то еще из пророков».
Он спрашивает: «А вы за кого Меня принимаете?»
Симон Петр ответил: «Ты – Христос, Сын Живого Бога».
Иисус сказал ему: «Радуйся, Симон, сын Ионин! Не от людей у тебя это знание, а от Моего Небесного Отца.
Говорю тебе: Я поставлю Мою Церковь на камне, и никакие силы ада не одолеют ее. Этот камень – ты, Петр.
Я дам тебе ключи от Небесного Царства. Все, что ты замкнешь на земле, замкнется на небе. И все, что ты отомкнешь на земле, отомкнется на небе».
И Иисус впредь запретил ученикам говорить людям, что Он – Христос.
С этого времени Иисус начал прямо говорить своим ученикам, что Ему нужно идти в Иерусалим. Там Его ждет большое страдание от рук советников синагоги, архиерейских священников и смотрителей Книги. Там Его убьют, но на третий день Он воскреснет.
Петр отошел с Ним в сторону, стал отговаривать: «Пожалей себя, Господь! Нельзя, чтобы с Тобой такое случилось».
Но Иисус отвернулся от Петра и сказал: «Сгинь с Моих глаз, Сатана! Ты Мне помеха. Не с Богом эти твои мысли, а с человеком».
И говорит ученикам: «Кто хочет идти за Мной – забудь о себе. Возьми свой крест и иди за Мной.
Кто хочет спасти свою жизнь – потеряет ее, а кто ради Меня жизнь свою потеряет – найдет ее.
Что пользы человеку, если он приобретет весь мир, а жить не будет? Разве это равноценный обмен?
Придет с ангелами Сын человеческий в славе своего Отца и воздаст каждому по его делам.
Поверьте Мне, среди вас, здесь стоящих, есть те, кто не успеет умереть, как увидит Сына человеческого, идущего со своим Царством».
17:1—27
Прошло шесть дней. Иисус берет с собой Петра и братьев Иакова и Иоанна и приводит их на высокую гору.
И преображается перед ними. Лицо у Него засияло как солнце и зажглась, засветилась белым светом одежда.
Вдруг они видят: Моисей и Илия беседуют с Иисусом.
Петр говорит Ему: «Господь! Как нам здесь хорошо! Хочешь, я разобью здесь три шатра: один шатер для Тебя, один для Моисея и один для Илии».
И тут встало над ними светлое облако и из этого облака послышался голос: «Это Мой любимый Сын, Мое все самое дорогое. Слушайтесь Его».
Ученики в страхе попадали лицом в землю.
Иисус подошел, тронул их рукой и говорит: «Вставайте, не бойтесь».
Подняв глаза, они увидели, что Иисус был один. Рядом с Ним уже никого не было.
Когда спускались с горы, Иисус сказал: «Пока Сын человеческий не воскреснет из мертвых, никому не говорите о том, что вы здесь видели».
Ученики спрашивают Его: «А правильно смотрители Книги говорят, что сначала придет Илия?»
Иисус ответил: «Да, правильно. Приходит Илия – и с него все начинается.
Должен вам сказать, что Илия уже приходил, только люди не узнали его и поступили с ним по собственному произволу. Так вскоре предстоит пострадать от них и Сыну человеческому».
Тогда ученики поняли, что Иисус говорит им об Иоанне Крестителе.
Вернулись к людям. К Иисусу подходит человек из толпы, падает на колени
И просит: «Сжалься над моим сыном, Господь! Вконец извела его падучая. И в огонь, и в воду – куда только она его не бросала!
Я привел его лечиться к Твоим ученикам – они ничем не могут помочь».
Иисус сказал: «Люди без веры, испорченное поколение! Долго ли еще Мне быть с вами? Долго ли еще терпеть вас? Ведите его ко Мне».
Иисус крикнул на беса – и бес убрался. Подросток сразу выздоровел.
Ученики остались одни с Иисусом и спрашивают Его: «Почему мы не смогли изгнать беса?»
Иисус сказал: «Это из-за вашей веры. Говорю вам: будь у вас вера хоть с горчичное зернышко – гору передвинете, стоит только сказать: „Передвинься!“ Не будет ничего невозможного».
Все собрались в Галилее. Иисус сказал ученикам: «Против Сына человеческого совершится предательство. Его убьют,
Но на третий день мертвый встанет». Тяжелое предчувствие охватило учеников.
В Капернауме сборщики дидрахм спрашивают у Петра: «А что, ваш учитель дает дидрахму на Храм?»
Петр ответил: «Да», – и заходит в дом. Иисус встречает его вопросом: «Как думаешь, Симон, с кого берут налог и пошлину земные владыки: со своих или с тех, кто не свой?»
И когда Петр ответил: «С тех, кто не свой», – Иисус сказал: «Значит, своих это не обязывает.
Но лучше, если на нас не будут коситься. Ступай к морю и закинь крючок. У первой рыбы, какая попадется, найди во рту статир. Возьми его и отдай за нас двоих».
18:1—35
В тот раз пришли ученики и спрашивают Иисуса: «Кто первый в Небесном Царстве?»
Иисус подозвал ребенка, повернул его к ним и говорит: «Вот что Я вам скажу: станьте другими – такими, как дети. Без этого нет вам Небесного Царства.
Кто умалит себя до вот такого ребенка, тот первый в Небесном Царстве.
И кто от Моего имени окажет милость одному такому ребенку – окажет милость Мне.
А кто собьет с пути одного из таких самых малых, верующих в Меня, то лучше бы ему сгинуть в морской пучине с мельничным жерновом на шее, чем это.
Горе миру! Зло, творимое здесь, не случайность. Но горе человеку, если он становится его орудием!
Если твоя рука или нога причина твоего греха – отсеки ее и отбрось. Лучше тебе хромым или безруким калекой войти в жизнь, чем с целыми руками и ногами сгнуть в вечном огне.
И если твой глаз причина твоего греха – вырви его и отбрось. Лучше тебе кривым войти в жизнь, чем с обоими глазами сгинуть в геенне огненной.
Не позволяйте себе презирать никого из самых малых. Говорю вам: их ангелы на небесах ближе всех к Моему Небесному Отцу.
Скажите, если из сотни овец одна отбилась от стада, разве не оставляет хозяин девяносто девять других и не идет искать в горах эту одну пропавшую?
А когда находит, поверьте Мне, – радуется ей больше, чем остальным девяноста девяти овцам в стаде.
Так нет же на то воли вашего Небесного Отца, чтобы погиб хоть один из самых малых!
Если твой брат причинил тебе зло, пойди поговори с ним с глазу на глаз. Захочет слушать – хорошо, ты вернул себе брата.
А не захочет – приведи с собой еще пару человек, чтобы показанием двух или даже трех свидетелей подтвердилось каждое слово.
Если опять не захочет слушать – скажи общине, а если не послушается и общины, смотри на него как на язычника или сборщика податей.
Говорю вам: все, что замкнете на земле, замкнется на небе. И все, что отомкнете на земле, отомкнется на небе.
И еще вот что Я вам скажу: если хоть двое на земле соберутся и попросят Моего Небесного Отца – будет у них все, чего ни попросят.
Где ради Меня соберутся пусть хоть двое-трое, там среди них буду и Я».
Подошел Петр и спрашивает: «Господь! Сколько раз я должен терпеть зло от брата и прощать ему? Семь раз?»
Иисус ответил: «Нет, не семь, а семьдесят семь раз.
Небесное Царство – это вот как такой случай. Царь собирал долги со своих слуг.
Первым он потребовал к себе должника, за которым числилось десять тысяч талантов.
Рассчитываться слуге было нечем, и государь приказал продать и его самого, и жену, и детей, и все, что у него было, и заплатить.
Слуга упал ему в ноги и говорит: «Потерпи! Я все тебе верну.»
Государь сжалился над слугой и простил ему долг.
По дороге домой этот слуга встретил другого такого же слугу, который задолжал ему сто динариев. Он схватил его за горло и говорит: «Давай возвращай мне долг!»
Этот второй слуга падает на колени и говорит: «Потерпи. Я все тебе верну.»
Но тот не захотел, а взял и бросил его в тюрьму, пока не вернет долга.
Видеть это другим слугам было невыносимо. Они пошли и обо всем рассказали государю.
Тогда государь требует его к себе и говорит: «Негодный раб! Я освободил тебя от долгов, потому что ты упросил меня.
А разве не должен был и ты простить своему должнику, как я простил тебе?»
В гневе государь передал его в руки тюремщиков на мучения, пока не выплатит всего долга.
Вот так же посмотрит на вас и Мой Небесный Отец, если от чистого сердца не простите брата».
19:1—30
Это была Его последняя речь в Галилее перед учениками. Из Галилеи Иисус отправился в иудейский край, что за Иорданом.
Люди шли за Ним толпами, и Он исцелял их.
Подходят фарисеи и с подвохом спрашивают Иисуса: «Какая причина считается законной при разводе с женой? Или она может быть любой?»
Иисус ответил: «Вы же сами хорошо знаете из Писания, что Создатель изначально «сотворил мужчину и женщину»
И сказал: «Оставит человек отца и мать и сроднится с женой. И будут двое одной плотью.»
Значит, они уже не сами по себе, а одно целое. Бог соединил – человеку не разнять».
Фарисеи говорят Иисусу: «Тогда зачем Моисей велел давать разводное свидетельство, когда уходишь от жены?»
Он ответил: «Моисей позволил вам уходить от жены ввиду вашей дикости. Сначала было не так.
Говорю вам: кто уходит от жены, если только это не случай ее измены, и женится на другой – неверен».
Ученики говорят Иисусу: «Чем так обязываться перед женой, лучше не жениться».
Иисус ответил: «Кто-то и правда не женится. Это кому как вышло.
Одни такими родятся, другие становятся евнухами, а третьи ради Небесного Царства сами воздерживаются. Как вышло, так и нужно».
Люди привели к Иисусу детей, чтобы Он положил на них руки и помолился, но ученики не давали им подойти.
Иисус сказал: «Не мешайте, пустите их. Пусть дети идут ко Мне. С такими, как они – Небесное Царство», – и положил руки на головы детей. Сделав это, Иисус ушел.
Один юноша подошел к Иисусу и говорит: «Учитель! Что такого доброго нужно сделать, чтобы мне открылась вечная жизнь?»
Иисус ответил: «Зачем ты спрашиваешь Меня о добром? Все, что есть доброго – это Бог. Если ты о жизни, соблюдай заповеди».
Юноша спрашивает: «Какие?» Иисус сказал: «Не убивай. Не изменяй в супружестве. Не кради. Не лги.
Почитай отца и мать. Люби ближнего, как самого себя».
Юноша говорит: «Все это я соблюдаю. Чего-то не хватает».
Иисус ответил: «Хочешь идти до конца? Продай все, что имеешь, и отдай нищим – вот твое сокровище на небесах. А потом иди за Мной».
Но юноша не нашел радости в словах Иисуса и ушел. А был он из очень богатой семьи.
Иисус сказал ученикам: «Да, это так: трудно богатому войти в Небесное Царство.
И вот еще что скажу: легче верблюду войти в игольное ушко, чем богатому в Божье Царство».
Услышав это, ученики в полной растерянности стали говорить друг другу: «Кто же тогда может спастись?»
Иисус обвел учеников долгим взглядом и сказал: «Человеку невозможно. Богу все возможно».
Петр говорит Ему: «Вот мы все бросили и пошли за Тобой. Что с нами будет?»
Иисус сказал: «Поверьте Мне: с наступлением новой жизни Сын человеческий сядет на престоле славы и вы, идущие со Мной, тоже сядете на двенадцати престолах судить двенадцать племен Израиля.
Кто ради Меня оставит и дом, и братьев, и сестер, и отца, и мать, и детей, и землю – получит в сто раз больше и ему откроется вечная жизнь.
Но многие первые будут последними и последние – первыми».
20:1—34
«Небесное Царство – это вот как такой случай. Однажды ранним утром хозяин имения вышел нанять работников на виноградник.
Он договорился с поденщиками платить по динарию в день и послал их работать.
Около девятого часа он опять вышел на рыночную площадь и видит других работников, не занятых никаким делом.
Он говорит им: «Ступайте на мой виноградник. Заплачу как положено.» Эти другие пошли тоже.
В полдень и в три часа он опять выходил, и все повторялось.
Он вышел еще раз около пятого часа и застал на площади еще одну кучку работников и говорит им: «Вы так и стоите тут весь день без дела?»
Они отвечают: «Никто нас не нанял.» Он говорит: «Ступайте и вы на виноградник.»
Вечером владелец виноградника говорит управляющему: «Созови работников и расплатись в обратном порядке, начни с последних.»
Те, кто работал с пяти, получили по динарию.
Первые надеялись получить больше, но получили тоже по динарию.
Брали недовольно, а хозяину имения говорили:
«Эти последние работали всего один час, а ты равняешь их с нами. За что мы целый день потели в такую жару!»
Отвечая одному из них, он сказал: «Вот что, приятель! Никто тебя не обидел. Разве не за динарий ты нанимался?
Бери свое и ступай. Только этому последнему я хочу дать столько же, сколько тебе.
Разве нельзя мне распорядиться своим добром, как я хочу? Или моя щедрость портит тебе кровь?»
Так будут последние первыми и первые последними».
По дороге в Иерусалим Иисус подозвал своих двенадцать учеников и сказал:
«Скоро Иерусалим. Сына человеческого поведут к архиерейским священникам и смотрителям Книги. Они осудят Его на смерть и отдадут язычникам, чтобы те глумились над Ним, били плетью и распяли Его. А потом на третий день Он воскреснет».
Подошли к Иисусу сыновья Зеведея и с ними их мать. Мать стала перед Иисусом на колени.
Иисус спрашивает: «Чего ты хочешь?» Она говорит: «Скажи, пусть эти двое моих сыновей сядут у Тебя в Царстве один по правую, другой по левую Твою руку».
Иисус сказал: «Не знаете, чего просите. Чашу, которую Мне скоро пить, сможете выпить?» Отвечают: «Сможем».
Он говорит: «Пусть так, но сесть по правую и по левую Мою руку не Я даю. Это как скажет Мой Отец».
Другие десять учеников слышали разговор и рассердились на братьев.
Иисус зовет их всех и говорит: «У язычников, как известно, всеми распоряжаются их владыки. Сверху ими руководит сановное лицо.
У вас не должно быть так. Кто захочет среди вас возвыситься – пусть будет вам слугой.
Кто захочет быть у вас первым – пусть будет вам рабом.
Сын человеческий здесь не для того, чтобы Ему служили. Он пришел, чтобы служить и душу свою отдать выкупом за всех».
Когда уходили из Иерихона, за Иисусом толпой шел народ.
Двое слепых, сидя у дороги, услышали, что мимо идет Иисус, и закричали: «Сжалься над нами, Господь, Сын Давида!»
Толпа стала шикать на них, чтобы унялись, но слепые еще громче закричали: «Сжалься над нами, Господь, Сын Давида!»
Иисус остановился, подозвал их и спрашивает: «Чего вы хотите от Меня?»
Слепые просят: «Господь! Верни нам зрение!»
Он сжалился и потрогал им глаза. Слепые тут же прозрели и пошли за Иисусом.
21:1—46
Перед самым Иерусалимом остановились в Вифагии у Масличной горы. Оттуда Иисус выслал вперед двух учеников.
Он сказал им: «Как пойдете, в первых дворах увидите ослицу на привязи и с ней осленка. Отвяжите их и приведите ко Мне.
Если хозяин будет против, скажите: это для Господа. Он уступит».
Это было, чтобы исполнилось сказанное через пророка: «Скажите дочери Сиона: царь твой едет к тебе, кроткий, верхом на ослице и на осленке, сыне вьючной труженицы».
Ученики пошли и сделали, как велел Иисус, привели ослицу, осленка и набросили на них одежду. Иисус сел верхом.
Собралась большая толпа. Люди устилали дорогу Иисусу своей одеждой, другие срезали ветви с деревьев и тоже стлали.
По всем рядам шествия люди кричали: «Осанна Сыну Давида! Идет благословенный от Господа! Осанна в небесах!»
Так Он вошел в Иерусалим. Город шумел. Спрашивали: «Кто это?»
Из толпы народ отвечал: «Это Иисус, пророк из Назарета галилейского».
Иисус пришел в Храм и выгнал из Храма продавцов и покупателей, опрокинул столы менял и лотки торговцев голубями.
Он говорил: «В Писании сказано „Мой Дом назовут Домом молитвы.“ А вы превратили его в разбойничий притон».
В Храме подходили к Нему слепые и хромые. Он всех исцелял.
Эти совершаемые Иисусом чудесные исцеления и детские голоса в Храме: «Осанна Сыну Давида!» – выводили из себя архиерейских священников и смотрителей Книги, и они говорят Ему: «Слышишь, что они кричат?» Иисус отвечал: «Да. А то вы не читали в Писании: „Устами детей и младенцев себе творишь Ты хвалу“»!
И Он ушел от них, ночевал за городом в Вифании.
Утром, возвращаясь в город, Он захотел есть.
У дороги Ему попалась на глаза смоковница. Он идет к ней, но, кроме листьев, ничего на ветвях не находит. И говорит: «Оставайся же бесплодной навсегда!» Смоковница сразу засохла.
Ученики увидели и удивились: «Как это вдруг сразу засохла смоковница?»
Иисус сказал им: «Поверьте Мне: если у вас есть вера и нет сомнений, не только смоковница у вас засохнет, но если даже этой горе скажете: «Встань и упади в море!» – так и будет.
И что просите в молитве, если верите, – получите».
Иисус пришел в Храм и учил там народ. Архиерейские священники и советники синагоги спрашивают Его: «Какой властью Ты действуешь? Кто дал Тебе эту власть?»
Иисус ответил: «Спрошу и Я у вас одно слово. Если скажете Мне, то и Я вам скажу, какой властью действую.
Иоанново крещение откуда было: от Бога или от человека?» Тут они пустились рассуждать: «Если скажем: «От Бога,» – Он спросит: «Почему же тогда вы ему не поверили?» – а если скажем: «От человека,» – нужно бояться толпы, потому что Иоанн считается в народе пророком».
И говорят Иисусу: «Мы не знаем». Тогда Он ответил: «И Я вам не скажу, какой властью пользуюсь.
А подумайте вот над чем. У одного человека было два сына. Он идет к первому и говорит: «Сын! Ступай потрудись сегодня на винограднике.»
Но тот ответил: «Не хочу!» – а потом передумал и пошел.
Отец идет ко второму и говорит то же самое. Тот сказал: «Иду, отец!» – и не пошел.
Который из этих двух исполнил волю отца?“ Отвечают: „Первый“. Иисус говорит: „Верно говорю вам: сборщики податей и торговки телом – и те не так далеки от Божьего Царства, как вы.
К правде звал вас Иоанн. Вы не поверили ему. А сборщики податей и торговки телом поверили. Вы видели это – и все равно не одумались, не поверили ему.
А вот другая притча. Слушайте. Хозяин имения насадил виноградник, обнес его оградой, выкопал давильню и поставил вышку. И уехал, сдал все артельщикам.
Когда пришло время плодам созреть, он послал рабов к артельщикам за урожаем.
Но артельщики схватили рабов и стали их бить. Одного убили сразу, а еще одного забросали камнями.
Хозяин послал еще больше рабов, но и этих там встретили так же.
Тогда он посылает своего сына. Он думал: «Сына посовестятся.»
Но артельщики увидели, что идет сын, и сговорились: «Явился наследник. Давайте убьем его и завладеем наследством.»
И они схватили сына и убили его, вытолкав за ограду.
Что после этого сделает с артельщиками хозяин виноградника, когда наконец придет сам?»
Отвечают Ему: «Лютую смерть примут от него злодеи. А виноградник он сдаст другим артельщикам, которые вовремя будут отдавать ему урожай».
Иисус сказал: «Вы же знаете Писание: «Камень, который отвергли строители, стал краеугольным камнем. На наших глазах диво совершает Господь.»
Говорю вам, что Божье Царство вы потеряете. Оно отойдет другому народу, который богаче плодами.
Кто споткнется об этот камень, тот разобьется, а на кого этот камень упадет – того раздавит».
Архиерейские священники и фарисеи слушали Иисуса и понимали, что все эти притчи были направлены против них.
И они уже готовы были схватить Иисуса, но побоялись: в народе Его считали пророком.
22:1—46
Иисус рассказывал новые притчи. Он говорил: «Небесное Царство – это вот как такой случай. Царь задал свадебный пир для своего сына и разослал слуг звать гостей, но званые гости не захотели прийти.
Посылая во второй раз новых слуг, он сказал: «Дайте знать гостям: обед на столе. Зарезаны быки и прочий откормленный скот. Все готово. Приходите на пир.»
Но гости отмахнулись и разошлись по своим делам: кто в поле, кто за прилавок.
А третьи схватили слуг и стали их мучить и убивать.
Царь разгневался, послал войска и казнил убийц, а их город сжег.
И говорит слугам: «К пиру все готово, но званые не знают чести.
Вставайте теперь на перекрестках дорог и зовите на пир всех, кого увидите.»
Слуги вышли на дорогу и собрали всех подряд, не разбирая, хороший человек или плохой. И наполнился свадебный пир гостями.
Царь вышел взглянуть и видит гостя в повседневной одежде.
Царь говорит ему: «Приятель! Зачем ты здесь в повседневной одежде?» Тот молчал.
Тогда царь говорит слугам: «Свяжите его по рукам и ногам и бросьте в запредельную тьму – там будет плач и зубовный скрежет.»
Много званых, но мало избранных».
Фарисеи пошли и стали все вместе думать, как им поймать Иисуса на слове.
И посылают к Нему своих учеников и иродиан с вопросом: «Учитель! Мы знаем, что Ты правильно учишь людей Божьей истине. Ты никому не отдаешь предпочтения, судишь всех одинаково.
Скажи, как думаешь: можно платить подать цезарю или нельзя?»
Иисус понял их коварство и говорит: «Зачем вы испытываете Меня, лицемеры?
Покажите Мне монету для податей». Принесли динарий.
Он спрашивает: «Чье это изображение и имя?»
Они говорят: «Цезарево». Тогда Иисус говорит: «Отдавайте цезарю цезарево, а Богу Божье».
К такому ответу они не были готовы и ушли, оставили Его.
В тот день приходят к Нему саддукеи – это те, что говорят о невозможности воскресения, – и спрашивают: «Учитель! Моисей сказал: «Кто умрет бездетным, пусть его брат женится на вдове и продолжит его потомство.»
Было тут у нас семеро братьев. Первый женился и умер бездетным, жену оставил брату.
То же повторилось и со вторым, третьим и так до седьмого.
А после умерла и вдова.
Которому из семерых будет она женой после воскресения, если была каждому?»
Иисус говорит им: «Вы сами себя запутали. Есть Писание, есть Божья сила. О них вы забыли.
Воскресшие – что ангелы на небесах. Они ни женятся, ни замуж не выходят.
А о воскресении мертвых вам сам Бог говорил. Сказано в Писании: «Я Есмь – Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова.» Не мертвых Он Бог, а живых».
Толпа слушала и поражалась Его учению.
А саддукеям пришлось прикусить язык. Узнав об этом, фарисеи пришли к Иисусу все сразу.
Один из них, большой знаток Закона, спросил с подвохом: «Учитель! Какая заповедь в Законе самая важная?»
Иисус говорит ему: «Люби твоего Господа Бога всем сердцем, всей душой, всем разумом.
Это самая важная заповедь, она же и первая.
Такая же и вторая: люби ближнего, как самого себя.
Весь Закон и Пророки стоят на этих двух заповедях».
Фарисеи обступили Иисуса, и Он задал им вопрос: «Что вы думаете о Христе? Чей Он Сын?» Они отвечают: «Давида».
Он спрашивает: «Как же тогда Давид по внушению Духа называет Его Господом? Вот его слова: «Сказал Господь моему Господу: «Сядь по правую Мою руку, а Я брошу Твоих врагов Тебе под ноги».»
Если Давид зовет Его Господом, как это Он сын Давида?»
Ответа ни у кого из них не нашлось. С тех пор уже никто не смел задавать Ему такие вопросы.
23:1—39
Иисус стоял с учениками в окружении народа и говорил: «Моисеево место давно заняли смотрители Книги и фарисеи.
Делайте, как они учат, и цените их учение, но примеру их жизни не следуйте. Они учат, а дела не делают.
Они взваливают людям на плечи гору обременительных обязанностей, а сами не берут на себя труда пальцем пошевелить.
У них все делается напоказ. Лента с коробочкой на лбу у них самая широкая и кисти на одежде самые длинные.
Они видят себя только на лучших, почетных местах на званом обеде и в синагоге и жить не могут без приветственных криков на площади и обращения «рабби.»
Но вам нельзя называться рабби – учителем. Учитель у вас один, а вы все братья.
И отцом не называйте никого на земле. Отец у вас один – Он на небесах.
И наставником не называйте. Наставник у вас один – Христос.
Пусть первый среди вас будет вашим слугой.
Кто возвышает себя – будет унижен, а кто ставит себя ниже всех – возвысится.
Горе вам, смотрители Книги и фарисеи! Лицемеры! Вы от людей Небесное Царство держите под замком. Сами не входите и тем, кто идет, войти не даете.
Горе вам, смотрители Книги и фарисеи! Лицемеры! Вы готовы моря и земли обойти ради одного обращенного, а потом делаете его сыном геенны вдвое хуже вас самих.
Горе вам, слепые поводыри! Вы говорите: «Кто поклянется Храмом – это пустое, а кто поклянется золотом Храма – обязан исполнить.»
Слепые глупцы! Что перевесит: золото или Храм, от которого оно берет святость?
И еще: «Кто поклянется алтарем – это пустое, а кто поклянется жертвой – обязан исполнить.»
Слепцы! Что перевесит: жертва или алтарь, от которого она берет святость?
Поклялся алтарем – поклялся и жертвой.
Поклялся Храмом – поклялся и Тем, кто живет в Храме.
Поклялся небом – поклялся Божьим престолом и Тем, кто сидит на престоле.
Горе вам, смотрители Книги и фарисеи! Лицемеры! Вы отдаете десятину с мяты, укропа и тмина, а упускаете из виду главное в Законе: правый суд, милосердие, веру. О них-то, помимо прочего, и нужно прежде всего думать.
Слепые поводыри! Вы отцеживаете комара, а верблюда проглатываете.
Горе вам, смотрители Книги и фарисеи! Лицемеры! Вы чашу и блюдо содержите снаружи чистыми, а внутри – запущенность вашей жадной, ненасытной души.
Слепой фарисей! Наведи чистоту внутри чаши, тогда и говори, что она чиста.
Горе вам, смотрители Книги и фарисеи! Лицемеры! Вы как крашенные в белое гробницы: с виду красиво, а внутри – мертвые кости и мерзость.
Так и вы поначалу кажетесь людям праведниками, а поглядеть – верх двуличия и безнравственности.
Горе вам, смотрители Книги и фарисеи! Лицемеры! Вы ставите памятники пророкам, наводите марафет на могилах праведников.
Вы заявляете: «Живи мы во времена наших предков, на нас не было бы крови пророков, мы не стали бы участвовать в этом.»
Тем самым вы показываете против себя, что вы – сыновья тех, кто убивал пророков.
Отмерьте же себе еще больше мерой ваших отцов.
Змеи! Отродье змеиное! Вам не избежать осуждения на геенну.
Что толку посылать к вам пророков, мудрецов, смотрителей Книги? Ведь вы все равно будете их убивать, распинать, бить плетьми в синагогах, гнать из города в город.
Припомнится и падет на вас вся невинная кровь, пролитая на земле, от крови Авеля до крови Захарии, сына Берехии, которого вы убили в Храме между алтарем и святилищем!
Говорю вам: все, все зачтется этому поколению!
Иерусалим, Иерусалим! Ты убиваешь пророков, камнями встречаешь вестников. Сколько раз Я хотел собрать твоих детей, как наседка собирает цыплят под крылья! Вы не захотели.
Оставайтесь теперь одни в пустом Доме!
Говорю вам: не увидите Меня до тех пор, пока не скажете: «Благословение Идущему от Господа!»».
24:1—51
Иисус выходил из Храма. Рядом шли ученики. Им хотелось, чтобы Иисус обратил внимание на храмовые строения.
Иисус сказал: «Да, видите эти стены? Поверьте, камня на камне здесь не останется, все будет разрушено».
Иисус сидел один на Масличной горе. Ученики подошли и стали спрашивать: «Скажи, когда это будет? Каким будет указание о Твоем возвращении и конце света?»
Он ответил: «Будет много обманщиков. Не верьте им.
Они придут под Моим именем, будут говорить: «Я Христос» – и многих обманут.
Пойдут слухи о войнах, будет объявление войны. Не поддавайтесь панике: так должно быть. Это еще не конец.
Поднимется народ на народ и царство на царство. Повсеместно будет голод, будут землетрясения.
Но это лишь начало зарождающихся бед.
Не обойдут вас мучение и смерть. Из-за Меня ополчатся на вас все народы.
Будет много безверия. Люди будут друг друга предавать и ненавидеть друг друга.
Появится много лжепророков и многих они завлекут и обманут.
Кругом будет бесчинствовать зло и в народе остынет любовь.
Но кто продержится до конца – спасется.
Евангельская весть о Царстве прозвучит во всех уголках земли и все народы услышат эту весть. Вот тогда придет конец.
Вы увидите, как мерзость запустения – о ней сказано через пророка Даниила – осквернит Святое Место (кто знает Писание – поймет).
И тогда лучше всем бежать из Иудеи в горы, лучше не сходить с кровли за пожитками в дом, лучше не возвращаться с поля за одеждой.
Горе беременным и кормящим грудью в те дни!
Молитесь, чтобы ваше бегство не пришлось на зиму или на субботу.
Начнется великое бедствие, какого еще не бывало с начала мира и не будет после.
Продлись до конца те дни, не спасся бы никто. Но ради избранных будут сокращены те дни.
Если тогда вам будут говорить: «Христос вот где, здесь» – или: «Нет, там,» – не верьте.
Придут лжехристы и лжепророки с удивительными чудесами и диковинной силой и попытаются обмануть даже избранных.
Слышите? Я предупредил вас заранее.
Если вам скажут: «Он там, в пустыне,» – не идите туда; или: «Нет, Он заперся в доме,» – не верьте.
Как молния, сверкнув на востоке, освещает запад – таким будет приход Сына человеческого.
Где труп, туда слетятся стервятники.
Вслед за бедствием тех дней вдруг померкнет солнце, иссякнет свет луны, звезды падут с неба и опоры небесные зашатаются.
И тогда возникнет на небе явление Сына человеческого. Рыдание сотрясет все племена на земле. И они увидят: идет на облаках Сын человеческий – идет с несказанной силой и славой.
Он пошлет своих ангелов с громкой трубой, и они соберут Его избранных со всех четырех концов света, от одного края небес до другого.
Возьмите, к примеру, смоковницу. Когда ее ветви наливаются соком и пускают листья, вы уже знаете: скоро лето.
И вот так же, когда увидите все это, знайте: близок час, у дверей.
Поверьте Моему слову: все это сбудется еще до смены поколений.
У неба и земли есть свой срок, а у Моих слов срока нет.
Когда придет тот самый День и час, не знает никто: ни ангелы небесные, ни Сын. Знает только Отец.
Но как было во времена Ноя – таким будет приход Сына человеческого.
Как люди до потопа пировали и справляли свадьбы до того самого дня, когда Ной поднялся на ковчег, и не хотели ничего знать, пока не начался потоп и не накрыл всех – таким будет приход Сына человеческого.
Тогда будут два работника в поле: один будет взят, другой оставлен.
Будут две работницы у жернова: одна будет взята, другая оставлена.
Будьте наготове, потому что не знаете, в который день придет ваш Господь.
Понятно, что если бы хозяин дома знал, в который час ночи придет вор, то не лег бы спать и не позволил бы вору забраться в дом.
Готовьтесь и вы. Сын человеческий придет в час, когда не ждете.
Что делает верный и толковый раб, поставленный хозяином над прислугой? Он вовремя усаживает ее за обеденный стол.
Честь ему и хвала. Это и увидит его хозяин, когда вернется.
Говорю вам: он поставит его над всем хозяйством.
Но что будет, если раб окажется бездельником, заберет себе в голову, что хозяина можно скоро не ждать, и начнет бить других рабов и устраивать пьяные застолья?
Придет нежданно-негаданно в свой день и час хозяин того раба и рассечет его надвое за его двуличность. Будет плач и зубовный скрежет».
25:1—46
«Небесное Царство – это вот как такой случай. Десять девушек вышли с лампами встречать жениха.
Пять девушек было глупых, а пять умных.
Глупые девушки взяли с собой лампы, а лампадного масла не взяли.
А умные вместе с лампами принесли в масленках и масло.
Жених все не шел. Девушки задремали и уснули.
А в полночь раздался крик: «Идет жених! Выходите встречать!»
Девушки засветили лампы, и глупые говорят умным: «Дайте нам масла. Наши лампы гаснут.»
Им отвечали: «Тогда не будет ни у нас, ни у вас, а пойдите лучше к лавочнику и купите.»
Но пока они ходили за маслом, пришел жених, и те, что были готовы, ушли с ним на свадебный пир. Дверь за ними захлопнулась.
Наконец вернулись глупые девушки и зовут: «Господин, а господин! Открой нам!»
А он отвечает: «Нет. Я не знаю вас.»
Будьте начеку, потому что не знаете ни дня, ни часа.
Или еще такой случай. Собираясь в дальнюю дорогу, хозяин оставил на слуг заботу о своих сбережениях.
Одному слуге дал пять талантов серебра, другому два, третьему один, каждому по уму, и уехал.
Первый взял пять талантов и сразу употребил их в дело, прирастил еще пять талантов.
Тот, кто получил два таланта, тоже прирастил к ним другие два.
А третий взял талант и закопал его, спрятал серебро хозяина.
После долгого отсутствия приезжает хозяин и требует к себе слуг для отчета.
Слуга, у которого было пять талантов, принес еще пять и говорит: «Господин! Ты дал мне пять талантов. Вот еще пять, которые я на них приобрел.»
Хозяин сказал ему: «Ты сослужил мне хорошую службу. За усердие в малом деле поставлю тебя на большое. Давай отпразднуем это вместе.»
Пришел слуга, у которого было два таланта, и говорит: «Господин! Ты дал мне два таланта. Вот еще два, которые я на них приобрел.»
Хозяин сказал ему: «Ты сослужил мне хорошую службу. За усердие в малом деле поставлю тебя на большое. Давай отпразднуем это вместе.»
Пришел тот, у кого был один талант, и говорит: «Я знаю тебя, ты человек лихой. Не свои посевы косишь, не со своих токов собираешь.
Я побоялся и закопал талант. Вот твое серебро.»
Хозяин ответил ему: «Слуга ленивый, бестолковый! Ты знал, что я не свои посевы кошу, не со своих токов собираю.
Но поэтому и следовало тебе пустить деньги в оборот: вернувшись, я как раз и получил бы прибыток.
Заберите у него талант и отдайте тому, у кого их десять.
У кого есть, тому добавится еще больше; а у кого нет, отнимется последнее.
А негодного слугу бросьте в запредельную тьму – там будет плач и зубовный скрежет.»
Придет Сын человеческий во всей своей славе, и все ангелы с Ним, и сядет на престоле славы.
Соберутся перед Ним все народы, и Он разведет их на две стороны, как пастух разводит овец и козлов.
Он поставит овец по правую свою руку, а козлов – по левую.
И скажет Царь тем, кто справа: «Со дня сотворения мира Мой Отец благословил вас и приготовил вам Царство. Идите владейте.
Я хотел есть – вы дали Мне хлеба, хотел пить – вы дали Мне воды, шел издалека – вы приютили Меня, носил лохмотья – вы одели Меня, лежал больным – вы навестили Меня, находился в тюрьме – вы пришли ко Мне.»
Праведники скажут Ему на это: «Господь! Когда было, что Ты хотел есть и мы дали Тебе хлеба; хотел пить и мы дали Тебе воды?
Когда было, что Ты шел издалека и мы приютили Тебя, носил лохмотья и мы одели Тебя?
Когда было, что Ты лежал больным или находился в тюрьме и мы пришли к Тебе?»
Царь скажет им в ответ: «Говорю вам: было! Вы сделали это одному из меньших Моих братьев, а значит, сделали Мне.»
Скажет Он и тем, кто стоит слева: «Подите от Меня прочь, окаянные, в огонь вечный, разожженный для Дьявола и его ангелов!
Я хотел есть – вы не дали Мне хлеба, хотел пить – вы не дали Мне воды, шел издалека – не приютили Меня, носил лохмотья – не одели Меня, лежал больным, находился в тюрьме – не навестили Меня.»
И эти тоже скажут Ему свое: «Когда было, что Ты хотел есть, или хотел пить, или шел издалека, носил лохмотья, лежал больным или находился в тюрьме, – и мы не позаботились о Тебе?»
И Он ответит им: «Говорю вам: было! Вы не сделали этого никому из меньших, а значит, не сделали Мне.»
И пойдут они примут вечную муку, а праведники – вечную жизнь».
26:1—75
Помолчав, Иисус сказал своим ученикам: «Через два дня, как вы знаете, Пасха. Сын человеческий будет предан и распят на кресте».
В это время во дворце архиерея Кайафы собрались архиерейские священники и советники синагоги и решили устроить так, чтобы Иисуса обманом взять и убить.
Но согласились, что «лучше не в праздник, а то как бы не поднялся народ».
В Вифании Иисус был в гостях у Симона прокаженного.
Подошла женщина с алебастровым кувшином драгоценного миро и умастила Ему голову.
Проследив за ней, ученики остались недовольны. Они говорили: «К чему такое расточительство?
За миро можно было выручить хорошие деньги и раздать нищим».
Иисус услышал и сказал: «Зачем вы обижаете женщину? Она сделала для Меня доброе дело.
Нищие будут у вас всегда, а Я с вами не всегда.
Выливая миро на Мое тело, она готовит Меня к погребению.
Поверьте Мне: где бы ни провозглашалось на земле евангелие, там в память о ней будет упомянут и этот случай».
Один из Двенадцати, по имени Иуда Искариот, пошел к архиерейским священникам и сказал: «Что вы дадите мне за Иисуса?» Они отсыпали ему тридцать сребреников.
Теперь ему оставалось только найти удобный случай, чтобы выдать Иисуса.
В первый день Опресноков ученики спрашивают Иисуса: «Где велишь нам приготовить Тебе на стол пасху?»
Он сказал: «Пойдите к нашему человеку в городе и скажите ему: Учитель говорит: „Близок Мой час. У тебя отпраздную Пасху с Моими учениками“».
Ученики сделали, как сказал Иисус, и приготовили пасху.
Вечером Иисус со своими Двенадцатью приступил к ужину.
Когда они ели, Иисус сказал: «Поверьте Мне, один из вас предаст Меня».
Подавленные, они стали один за другим спрашивать: «Это не я. Да, Господь?»
Иисус сказал: «Кто обмакнул со Мной в солило – этот предаст.
Сын человеческий уйдет, так говорит Писание. Но горе человеку, который предаст Сына человеческого! Лучше было бы ему не родиться».
Иуда, который задумал Его предать, спрашивает: «Это не я. Да, Рабби?» Иисус говорит ему: «Это ты сказал».
Все ели. Иисус взял хлеб и благословил, разломил и дал ученикам. И сказал: «Берите, ешьте. Это Мое Тело».
И взял чашу, произнес благодарение и чашу подал. И сказал: «Пусть выпьет каждый.
Это Моя кровь, кровь договора. Она за всех проливается с отпущением грехов.
Говорю вам: не пить Мне больше с урожая виноградной лозы до того дня, когда новое вино буду пить вместе с вами в Царстве Моего Отца».
Спели гимн и поднялись на Масличную гору.
Там Иисус говорит им: «Этой ночью вы все Меня бросите, как сказано в Писании: «Убью пастуха – и разбежится овечье стадо.»
Воскресну и встречу вас в Галилее».
Петр сказал: «Если даже все Тебя бросят, я ни за что не брошу».
Иисус говорит ему: «Поверь Мне: этой же ночью, прежде чем пропоет петух, ты трижды откажешься от Меня».
Петр возразил: «Если даже придется мне с Тобой умереть, не откажусь от Тебя!» Так говорили и все другие ученики.
Иисус приводит их в урочище Гефсиманию и говорит: «Посидите здесь. Я пойду помолюсь».
И берет с собой Петра и двух сыновей Зеведея. Холод и тоска охватили Иисуса, и Он сказал: «Душа Моя в смертных муках. Побудьте со Мной. Не спите».
Он прошел еще немного вперед, бросился лицом в землю и начал молиться. Иисус говорил: «Отец! Если возможно, пусть минует Меня эта чаша… Нет, лучше не как Я хочу, а как Ты».
Иисус возвращается, видит, что ученики спят, и говорит Петру: «И одного часа вы не в силах побыть со Мной, не задремав!
Не спите и молитесь, чтобы на все находить в себе силу. Дух силен, а плоть слаба».
И во второй раз Иисус отошел и опять молился. Он говорил: «Отец! Если эта чаша не может Меня миновать, чтобы Мне не пить ее, – пусть будет Твоя воля!»
Возвращается и опять застает учеников спящими: их сморил тяжелый сон.
Он опять оставил их, отошел и в третий раз все повторил в новой молитве.
Наконец подходит к ученикам и говорит: «Вы все еще спите-почиваете? Настал час. Сына человеческого отдают в руки грешников.
Вставайте, идем! Предатель уже здесь».
Иисус еще не договорил, как появляется Иуда, один из Его Двенадцати, и с ним толпа с мечами и дрекольями – люди от архиерейских священников и советников синагоги.
Предатель условился с ними о знаке. Он сказал им: «Кого поцелую, Тот и есть: берите Его».
И сразу подходит к Иисусу и говорит: «Здравствуй, Рабби!» И целует Его.
Иисус говорит ему: «Приятель! Вот как ты пришел!» И тут все они двинулись на Иисуса, схватили Его и взяли под стражу.
Один из тех, кто был с Иисусом, выхватил меч, ударил и отсек ухо рабу архиерея.
Иисус говорит ему: «Верни меч на место. Поднявшие меч от меча и погибнут.
Или ты думаешь, что Я не могу попросить у Отца двенадцать легионов ангелов, а то и больше?
Но тогда не будет того, что должно быть по Писанию. А разве это возможно?»
А толпе, пришедшей за Ним, Иисус сказал: «Разве Я разбойник, что вы пришли за Мной с мечами и дрекольями? Целыми днями Я сидел и учил народ в Храме, и вы Меня не трогали.
Да, но так своим чередом исполняются Писания пророков». Ученики бросили Его, разбежались.
А те, кто схватил Иисуса, отвели Его к архиерею Кайафе – там уже собрались смотрители Книги и советники синагоги.
Петр на расстоянии шел за Иисусом до двора архиерея и во дворе подсел к стражникам, чтобы узнать, чем все закончится.
Архиерейские священники и весь синедрион занялись поисками улик на Иисуса, чтобы осудить Его на смерть, и не находили. Было много лжесвидетелей, но ничего не нашлось. Наконец подошли еще двое
И говорят: «Он сказал: „Могу разрушить Божий Храм и в три дня поставить его заново“».
Архиерей вскочил и говорит Иисусу: «Тебе что, нечего сказать? Что такое они показывают против Тебя?»
Иисус молчал. Тогда архиерей говорит Ему: «Заклинаю Тебя Живым Богом, скажи нам: Ты Кто? Христос? Сын Бога?»
Иисус ответил: «Это ты сказал. Я скажу больше. Сами увидите: Сын человеческий сидит по правую руку Крепкого. Идет по облакам небесным».
Архиерей разодрал на себе одежды и сказал: «Вот оно, кощунство! Каких свидетелей мы еще ждем? Кощунство вы слышали.
Что скажете?» Они отвечали: «Смерть Ему!»
И стали плевать Иисусу в лицо и бить Его. Старались ударить кулаком и говорили: «Скажи, пророк, кто ударил Тебя! Скажи, Христос!»
Петр сидел снаружи во дворе. Подошла служанка и говорит ему: «Ты тоже был с Иисусом Галилеянином».
Кругом были люди, и Петр не признался, сказал: «Не знаю, о чем ты».
Уже в воротах его увидела другая, повернулась к людям и говорит: «Этот был с Иисусом Назарянином».
Петр опять возразил и побожился: «Такого человека я не знаю».
Но вслед за ней и те люди, что стояли рядом, говорят Петру: «Нет, ты точно из тех. И говор тот же».
Тогда он начал клясться и божиться: «Этого человека я не знаю». Пропел петух.
И Петр вспомнил слова, сказанные ему Иисусом: «Прежде чем пропоет петух, ты трижды откажешься от Меня». Петр вышел за ворота и от жалости заплакал.
27:1—66
С наступлением утра собрались и совещались архиерейские священники и советники синагоги о предании Иисуса смерти.
Связанного, повели Его и передали прокуратору Пилату.
Иуда предатель понял, что Иисуса ведут на казнь, и раскаялся, вернул тридцать сребреников архиерейским священникам и советникам синагоги.
Он сказал: «Я совершил грех, предал невинную кровь». Они говорят: «Наше дело сторона. Это твоя печаль».
В Храме Иуда больше не оставался, бросил сребреники, пошел и удавился.
Архиерейские священники подобрали монеты и говорят: «Не годится класть их в сокровищницу. На них кровь».
Посовещались и купили на них поле гончара для погребения иностранцев.
Так это место до сих пор и зовется: Поле крови.
Сбылось слово, сказанное через пророка Иеремию: «И взяли тридцать сребреников, цену Оцененного, за которого положили цену сыны Израиля,
И отдали их за поле гончара, как указал мне Господь».
Иисус стоял перед прокуратором. Прокуратор спрашивает Его: «Ты что, иудейский царь?» Иисус сказал: «Это ты говоришь».
На обвинения архиерейских священников и советников синагоги Иисус не отвечал вовсе.
Тогда Пилат говорит Ему: «До Тебя что, не доходит, сколько против Тебя показаний!»
К удивлению прокуратора Иисус не отвечал, не произнес ни слова.
По обычаю на праздник Пасхи прокуратор освобождал одного заключенного, за которого просила толпа.
А тогда в тюрьме находился известный Иисус Бар-Абба.
Обращаясь к собравшимся, Пилат сказал: «Кого, по-вашему, мне отпустить: Иисуса Бар-Аббу или Иисуса, называемого Христом?»
Он понимал, что Иисуса привели к нему из зависти.
Между тем, когда Пилат сидел в судейском кресле, его жена передала ему через посланца: «Не трогай Неповинного. О Нем был мне сегодня нехороший сон».
Но архиерейские священники и советники синагоги подбили толпу просить за Бар-Аббу, а для Иисуса требовать казни.
И когда прокуратор спросил: «Которого из двух, по-вашему, я должен отпустить?» – ему ответили: «Бар-Аббу».
Пилат говорит: «Как мне быть с Иисусом, называемым Христом?» Все в один голос сказали: «Этого на крест!»
Прокуратор спрашивает: «Какое зло Он сделал?» – но они еще громче закричали: «На крест!»
Пилат понял, что все его усилия бесполезны, назревает смута, и велел принести воды, вымыл руки перед толпой и сказал: «На мне нет крови этого человека. Спрос будет с вас».
И всем народом люди ответили: «Его кровь – на нас и на наших детях!»
Пилат отпустил Бар-Аббу, а Иисуса распорядился бить плетью и отдать на распятие.
Солдаты прокуратора отвели Иисуса в преторию. Там Его окружила вся когорта.
С Иисуса сняли одежду, надели на Него красный солдатский плащ, сплели и водрузили Ему на голову венок из колючек, сунули в правую руку палку и, падая на колени, глумливо кричали: «Да здравствует иудейский царь!» – и плевали в Него, били палкой по голове.
Перестав наконец глумиться, сняли с Него плащ, одели в прежнее и повели на распятие.
Стали выходить – встретили Симона киренейца и заставили его нести крест Иисуса.
Когда пришли на Голгофу, то есть Лобное Место, Иисусу дали вина с желчью. Он пригубил, но пить не стал.
Распяли Его. По жребию поделили одежду.
Сидели под Ним и караулили.
Надпись над головой Иисуса называла Его вину: «Иисус, царь иудеев».
Вместе с Иисусом были распяты два разбойника, один по левую, другой по правую сторону.
Проходили люди и, тыча в Иисуса, со злорадством говорили: «Ну что, разрушил Храм? Поставь его в три дня! Спаси самого себя! Если Ты Сын Бога, сойди с креста!»
В том же глумливом тоне архиерейские священники, смотрители Книги и советники синагоги говорили: «Других спасал, а самого себя спасти не может. И это израильский царь! Нет, пусть сойдет с креста – тогда поверим.
Ссылался на Бога, говорил: «Я – Сын Бога.» А Бог не заступился. Видать, не очень-то хотел».
С такой же злостью говорили о Нем и разбойники, распятые вместе с Ним.
С полудня тьма разошлась по всей земле и продлилась до третьего часа.
Около третьего часа Иисус громко закричал: «Эли́! Эли́! Лема́ савахтани́?» (эти слова значат: «Бог Мой! Бог Мой! Зачем Ты Меня оставил?»).
Караульные услышали и говорят: «Он Илию зовет».
Один из них побежал, намочил губку в солдатском вине и на пруте поднес Ему пить.
Другие караульные ему говорят: «Отойди! А то не увидим, как Илия придет Его спасать».
Иисус еще раз громко вскрикнул и испустил дух.
И тут надвое, сверху донизу, в Храме разорвался занавес. Земля дрогнула. Треснули каменные громады и открылись гробницы. Мертвый Божий народ ожил и целыми толпами вышел из гробниц. После Его воскресения они стали заходить в святой город, и там их видели многие жители.
Содрогание земли и все, что за этим последовало, страшно поразило центуриона и его людей, карауливших Иисуса. В ужасе они говорили: «Это и вправду был Сын Бога!»
За всем этим издали наблюдали женщины, – те многие, что, прислуживая Иисусу, шли за Ним толпой из Галилеи, – среди них Мария Магдалина, Мария, мать Иакова и Иосифа, и мать сыновей Зеведея.
Вечером пришел еще один ученик Иисуса, богач Иосиф из Аримафеи.
Он пришел к Пилату просить тело Иисуса. Пилат приказал отдать тело.
Иосиф взял тело, обмотал чистым полотноми отнес в новую гробницу, которую сам выдолбил в скале. Потом привалил ко входу в гробницу тяжелый камень и ушел.
Мария Магдалина и другая Мария сидели там напротив гробницы.
На следующий день после дня Приготовления собрались у Пилата архиерейские священники и фарисеи и говорят: «Господин! Помнится, что обманщик, когда был еще жив, говорил: «Через три дня воскресну.»
Нужен твой приказ на охрану гробницы в течение трех дней, а то ученики выкрадут Его и будут говорить: воскрес из мертвых. А уж этот последний обман наделает еще больше бед, чем первый».
Пилат ответил: «Стража у вас есть. Идите и караульте, если нужно».
Они пошли и установили охрану гробницы: опечатали камень и назначили караул.
28:1—20
Прошла суббота. В первый день недели, едва рассвело, Мария Магдалина и другая Мария пришли проверить гробницу.
И тут началось сильное землетрясение. Ангел от Господа спустился с неба, подошел, отвалил камень и сел на него.
Ангел был в белоснежной одежде и казался молнией.
Стражники от страха побледнели как мертвые и только дрожали.
Ангел сказал женщинам: «Не бойтесь. Я вижу, вы ищете Иисуса распятого.
Его здесь нет. Он воскрес, как и говорил. Подойдите ближе. Видите? Вот тут Он лежал.
А теперь бегите к Его ученикам. Скажите им: воскрес из мертвых и встретит вас в Галилее. Там увидите Его. Так и передайте».
В страхе, смешанном с радостью, они быстро выбрались из гробницы и бегом побежали с известием к Его ученикам.
Иисус вышел им навстречу и сказал: «Радость вам!» Они подошли, склонились перед Ним, припали к Его ногам.
Иисус говорит им: «Все хорошо. Передайте Моим братьям, пусть идут в Галилею. Там увидят Меня».
Пока они шли, первые воины стражи вернулись в город. Архиерейские священники выслушали их рассказ и, посовещавшись с советниками синагоги, стали предлагать воинам большие деньги и подговаривать: «Скажите так: «Ночью пришли Его ученики и выкрали Его. Мы, мол, спали.»
Если это дойдет до прокуратора, мы уговорим его не привлекать вас к ответу».
Воины взяли деньги и сделали, как были научены. И ходит этот слух среди иудеев до сего дня.
А одиннадцать учеников поднялись на гору в Галилее, как велел Иисус.
Увидели Его и бросились Ему в ноги. Но и тут еще не все избавились от сомнений.
Иисус подошел и сказал: «Дана Мне вся власть на небе и на земле.
Идите и делайте Моими учениками все народы. Крестите их именем Отца и Сына и Святого Духа.
Учите их соблюдать все, что Я вам говорил. И помните: Я Есмь – всегда с вами до конца веков».