Иногда, очень редко, он сталкивался с препятствиями. Камни, кочки, трещины в песке. Он воспринимал их как испытания. Испытания его веры, его силы, его божественной воли. И он всегда преодолевал их. Он обходил их, или толкал свой Шар с такой силой, что препятствие сдвигалось с места, или просто разбивал его на части. Каждое преодоленное препятствие лишь укрепляло его веру в собственное всемогущество. Он был непобедим. Он был вечен.
Глава 5
Но затем что-то начало меняться. Это было едва заметно вначале. Шепот ветра, который всегда был одобрительным, теперь стал… настойчивым. Он стал сильнее, агрессивнее. Он поднимал песок, заставляя его кружиться в маленьких, беспорядочных вихрях. Эти вихри были похожи на миниатюрные версии его собственных движений, но они были хаотичными, бессмысленными.
Солнце, его Солнце, казалось, теряло свою стабильность. Оно не двигалось так плавно, как раньше. Иногда оно мерцало, или его свет становился более резким, более тревожным. И песок. Песок под его лапами уже не был таким предсказуемым. Он начинал скользить, осыпаться, затрудняя его священный труд.
Его Шар, его вечный двигатель, его мир, казалось, сопротивлялся. Он становился тяжелее. Не так, как раньше, когда его тяжесть была благородной ношей бога. Нет, теперь это была упрямая, неподатливая тяжесть, которая требовала все больше усилий. Запах Шара тоже изменился. Он стал более резким, более… едким. Он уже не был ароматом творения. Он был просто… запахом. И этот запах вызывал в нем необъяснимое, глубинное беспокойство.
Его люди. Они тоже изменились. Они перестали строить. Их храмы, его пирамиды, казались заброшенными. Они бегали. Быстро. Беспорядочно. Они не поднимали руки к небу в мольбе. Они просто бежали, их огромные фигуры удалялись в дрожащей дали, исчезая, словно призраки. Они не смотрели на него. Они не поклонялись ему. Они просто… убегали.
Это было непонятно. Это было нарушение Великой Схемы. Разве они не понимали, что он, Скарабей, держал их мир в равновесии? Разве они не знали, что без его труда Солнце погаснет, а мир рассыплется в прах? Их бегство было актом неверия, актом предательства.