1.8. V и Va программные организованности – зоопсихическая и стадная. Первая предтеча человеческой культуры – зоокультура
Эволюционный «задел» своего IV уровня организации Жизнь воплотила в стайной и стадной жизни высших животных – млекопитающих и птиц.
Как Жизнь начала выходить на этот, ещё более высокий уровень организации?
Такой же технологией, как пользовалась и раньше, – дарвиновской триадой.
Первая программная организованность (генетическая) проявляла всё больше скрытых возможностей, и вскоре выяснилось, что она может нести в себе наследственную информацию
1) не только о животном с рептильным мозгом, но и о животном с принципиально более сложным мозгом – лимбическим. Если рептилия со своим мозгом выживает в основном на когнитивных безусловных рефлексах, то млекопитающее выживает уже в основном на условных рефлексах и памяти. (Безусловные рефлексы конечно же остались, но в более глубоких пластах нейрофизиологии). Благодаря своей памяти млекопитающее может нести в своём мозге принципиально более богатую, точную и самое главное, оперативно-свежую Картину мира. Лимбический мозг способен хранить в себе не только простейшую и статичную Картину мира для приложения безусловных рефлексов, но и Картину мира как динамичную во времени «киноплёнку». В которой он отслеживает долгосрочную упорядоченность реальности долговременной (рассчитанной на весь жизненный цикл) памятью, так и краткосрочную упорядоченность реальности оперативной памятью. Он помнит не только чисто когнитивную информацию, но и варианты эмоциональной организованности. У млекопитающих и птиц есть феномен импринтинга, какого нет у рептилий;
2) не только об организме с гомойотермной физиологией, но и об организме с пойкилотермной физиологией, которую организует и которой управляет сложная гормональная система, способная к мобилизации в моменты пиковых нагрузок. С пойкилотермной энергетикой и с живорождением млекопитающие освоили биоценозы в высоких широтах с холодным климатом;
3) не только для выстраивания чисто когнитивного и скупо-функционального взаимодействия с партнёром, но и для более богатого и тонкого – эмоционального. При таком взаимодействии партнёры чувствуют психическое состояние друг друга на «данный момент» и соответственно под него организуются. Это особенно важно в отношениях самки и детёныша; Появляется такой феномен в ЦНС, как «личная эмоциональная палитра» – ЛИЭМПА. Дискретный характер нейрофизиологической организованности дополняет волновая и амплитудная нейрофизиологическая организованность;
4) не только о животном, которое запрограммировано на спаривание с практически первым встретившимся половым партнёром, но и о животном, которое заинтересовано в выборе возможно лучшего и подходящего полового партнёра, а для этого совершать определённые брачные игры и соперничать самцов за хорошую самку;
5) не только об организме, который размножается кладкой яиц, но и о живородящем;
6) не только о животном, которое может в лучшем случае стеречь кладку своих яиц, но и о животном, которое способно выкармливать и выхаживать свой молодняк;
7) не только о животном, которое ведёт одиночный образ жизни, но и о животном, которое способно вести общественный образ жизни. Для этого мозг должен уметь распоряжаться для такого образа жизни как ситуационными, так и отложенными поведенческими программами. К этому нести в своей Картине мира сведения не только о своей экологической нише, но и о своей стае, о партнёрах в своей стае и о своём (статусном) месте в стае.
С более развитым мозгом воспроизводственная активность млекопитающего животного обрела сложную гиперциклическую форму. Фронтовой гиперцикл рептилии, как мы знаем, простейший и состоит всего из 4-х самых простых фронтов (съесть, сбежать, спариться, схватиться), но теперь, у млекопитающих, он принципиально сложнее и богаче:
– млекопитающие и птицы ухаживают за собой, чего практически не могут рептилии;
– млекопитающие и птицы перед оплодотворением ведут брачные игры;
– млекопитающие и птицы создают прообраз семьи для выращивания потомства;
– млекопитающие и птицы живут кооперативными формами (группами, стаями, стадами), в которых дружат, соперничают, ссорятся, поддерживают друг друга, предупреждают об опасностях;
– млекопитающие освоили жизнь на суше и птицы освоили полёты в атмосфере, а это существенно более сложные условия в биоценозах, чем жизнь рептилий в водоёмах или при водоёмах. Поэтому млекопитающие более строго знают свою территорию и ревностно охраняют её (как её собственники), многие млекопитающие и птицы уже способны на создание своей «техносферы»: роют норы, обустраивают берлоги, вьют гнёзда;
– млекопитающие и птицы способны играть;
– млекопитающие и птицы гибко и оперативно адаптируются под все условия своего существования, как внешние (в своих экосистемах), так и внутренние (стайные) и
– млекопитающие и птицы занимают обычно более высокое место в трофических пирамидах в своих биоценозах, чем рептилии.