Я объяснила Марине, что исключение любого члена семьи создает пустоту, которую потомки бессознательно пытаются заполнить. Мы проделали символическую работу: провели интервенции с фигурой бабушки, выразив благодарность за ее существование и мысленно «вернув» ее в круг семьи. Спустя пару месяцев Марина рассказала, что атмосфера дома изменилась: дети стали спокойнее, и даже болезни ее дочери начали отступать.
Как же наука объясняет все эти феномены?
Современные исследования подтверждают связь между родовыми программами и здоровьем. Особенно ярко это проявляется в эпигенетике. Ученые выяснили, что сильные эмоциональные потрясения, такие как войны, голод, насилие или потери, пережитые предками, могут изменять работу генов без перемены самой структуры ДНК. Эти эпигенетические метки, словно невидимые «заметки на полях», передаются следующим поколениям и влияют на их уровень тревожности, иммунный ответ, гормональный фон и даже склонность к депрессии или фобиям.
К примеру, исследование потомков, выживших в Холокосте, показало изменения в работе генов, отвечающих за регуляцию кортизола – гормона стресса. А у внуков, переживших Голодомор или ленинградскую блокаду, отмечаются отклонения в обмене веществ и реакциях на угрозу, даже если они сами выросли в безопасности. Это означает, что мы нередко проживаем чужую боль, не понимая ее источник, но хорошая новость в том, что осознанная работа с этими программами способна «переписать» сценарий.
И здесь на помощь приходят системные расстановки.
Работы Берта Хеллингера – основателя метода – показали, что восстановление нарушенных семейных связей, признание забытых или исключенных членов рода, а также возвращение каждому своего места в системе глубоко влияет не только на психологическое состояние человека, но и на его физическое здоровье.