Существует также версия, трактующая второй компонент как «урожай», что дает нам «Мать урожая». Эта этимология находит поддержку в обрядовой практике, где Макошь выступает как покровительница земледелия и плодородия. Связь с урожаем подтверждается и тем фактом, что главный праздник богини приходился на осенний период, время сбора плодов земли и подведения итогов хозяйственного года. Такое понимание имени гармонично вписывается в общеславянскую традицию почитания женских божеств плодородия.
Интересную этимологическую версию предлагают исследователи, связывающие имя Макоши с понятием прядения. Эта интерпретация основывается на реконструированном праславянском слове, означающем «прядение», что прямо соотносится с основной мифологической функцией богини как пряхи судеб. Прядение в древних культурах символизировало не просто ремесленную деятельность, но и космогонический акт создания мира, плетения ткани бытия. Богини-пряхи известны многим индоевропейским традициям, и Макошь в этом контексте предстает как славянская ипостась универсального архетипа Великой Пряхи.
Менее убедительной представляется версия о связи имени богини с финским племенным названием «мокша». Хотя географическое соседство славян и финно-угорских народов допускает возможность культурных заимствований, отсутствие соответствующего божества в мордовской мифологии ставит под сомнение эту гипотезу. Кроме того, финская этимология не объясняет глубокую укорененность культа Макоши в славянской традиции и его органичную связь с другими элементами славянского пантеона.
Чередование гласных «о» и «а» в корневой основе имени создает дополнительные возможности для этимологических интерпретаций. Акающее произношение, зафиксированное в пословице «Бог не Макеш – чем-нибудь да потешит», указывает на живое бытование имени в народной речи. Это фонетическое варьирование могло возникнуть как результат диалектных различий, так и вследствие табуирования сакрального имени, когда его истинное произношение скрывалось от непосвященных.