Лениво присмотревшись, он заметил нечто особенное. Из толпы, восхищавшихся этим местом, выделялся странный сгусток. Он не был ровным, он не был каким-то особенным, он был… Каким он был? Ярким! Нет, не так. Он был не просто ярким, он был с желтоватым прицветом, язычками полупрозрачного желтоватого пламени, играющего на его поверхности, он был Ярым! Ярый? У Вершителя захолонуло.
Но как? Как такой Ярый мог сюда попасть? Их же всех отжимают на выходе мира, выбивают всё, что торчит и шевелится! После, как все тусклые и выжатые сгустки, их выпроваживают в начальные первичные миры, для набора и нагула опыта на тамошних лугах.
Вершитель взирал, Вершитель не знал, что и подумать. Ярый тем временем, подобрался к тому же самому распорядителю. Распорядитель опасливо посторонился. Ещё бы, Ярый его обжигал, и обдавал какой-то непонятной мелодичностью. Мелодичность струилась и подёргивала его поверхность. Ярый, рассмотрев распорядителя, промурлыкав что-то непонятное распорядителю, который замер удивлённый, ибо он не ведал этого наречия.
Ярый удалился куда-то к стеллажам, копался, отсвечивая, куда-то перемещался, вернулся, приближаясь к распорядителю. Тот уже сообразил, что если не будут бить, то возможно сделают что-то более ужасное, ибо Ярый настроен решительно! И не сомневаясь ничтоже в намерениях Ярого, распорядитель тут же выпалил – вон, вон туда все ваши туда прошли!
Ярый что-то мелодичное пропел, поиграв вихрями, обжигающими неокрепшие сгустки. И двинулся в сторону Вершителя. Тот немного в недоумении от такой активности странного сгустка, который почему-то не распадался, хотя противоречивые желания его рвали своей радостью и обжигали окружающих. Вершитель задумчиво смотрел, всматривался в структуру, и тут заметил, что структура Ярого была покрыта сеткой тонких нитей, которые не мешали протуберанцам радости вырываться в пространство, однако и не давали тому разорваться от внутреннего бурления. Сетка была странной, непривычной, и уже знакомой Вершителю. Он не знал, откуда она взялась, и как вообще её заполучил этот Ярый, но было ясно, что она была причиной его крепости в таком страстном коконе, где метались бури, рвалась яростная и всё обжигающая Радость Бытия. Присмотревшись к рисунку сетки на коконе Ярого, Вершитель понял, где видел похожий рисунок! То была Подпись! Та самая Подпись в Книге Судеб Мира Жизни, под надписью «Под мою ответственность». Так вот чьей дланью была усмирена разрывающая ярость Ярого, что не давала его кокону разорваться от внутренних напряжений, и позволяла ему быть огненно-ярым при этом! Вершителя впечатлила мощь покровителя Ярого. Так вот чьи прозрачные прожилки имели остальные сгустки, что своей мощью оберегали их, сообразил он.