Вершитель задумчиво следил за светлым сгустком – тот не был ни большим, ни маленьким, ни кривобоким, как практически весь материал с миров. Старясь не вляпаться опять во что-то этакое, ему ещё не понятное, Вершитель не шевелился, и был так же сер, как и остальной мир. Только тут, смотря на белый свет сгустка, Вершитель видел свою серость. И в этом было унижение для него, и даже принижение его мира, который он считал высшим! Это не была прозрачность первого сгустка. Это не была напористость другого тщедушного сгустка, это был Свет, белый и непонятно чистый в своей белизне. Он выделялся из общности сгустков, он вообще выделялся!
Не зная, как себя вести, Вершитель ждал. Светлый был просто светлый, вёл себя уверенно и обычно, как если бы он тут бывал и был всегда. Неспешно пройдя к распорядителю, посмотря на него, светлый произнёс – «что-то тебя тут раньше не видел, новенький»? Ошарашенный такой наглостью распорядитель молчал. Он был довольно опытным и старейшим работником, возможно даже сродни Вершителю, но чтобы его назвали новеньким?! Это был всё тот же распорядитель, с которым общались странные сгустки этого странного серого дня. Карма у него такая что ли, задумчиво философски мыслил Вершитель.
Вершитель никак не мог прийти и успокоить себя от визита предыдущих сгустков, а зависть всё ещё висела в нём беспокойным вихрем, так и подмывая его к чему-то. К зависти добавилось унижение его устоев серого мира, которые он считал незыблемыми и максимально возможными! И вот их буквально попрали в его присутствии, даже не спрося его, вообще не обращая на него, Вершителя Судеб Миров должного внимания! Вообще никакого внимания! Это было верхом наглости! И какой наглости! Наглости извращённой, тонкой, и дерзновенной, которую, до сей поры, только он себе мог позволить, и то для этого он прикладывал усилия! А эти? Эти наглели даже своим игнорированием его! Это было непостижимо! Но Вершитель был опытным интриганом и решил не лезть раньше нужды в вихрь событий.