Следя за происходящим, Вершитель продолжал процедуру информирования с еле заметной иронией – «И вы конечно знаете, что отведено местного времени там совсем немного, ведь прежний запас не израсходован ещё? Это лет 15-20 пожалуй. Можете не успеть. И конечно в курсе, что мы не можем не только поддержать, но и обеспечить режим закрытия памяти при таких условиях, что часто приводит к саморазрушению сгустков, от ограниченности пространства, или их ломке. И вы никогда не сможете ей воспользоваться без риска насильного разрушения целостности Вашего Сознания со стороны жителей мира! Не можем гарантировать получения и выращивания полноценного тела? И что при ваших условиях вам хранители и информаторы не положены?» Сгусток был невозмутим, его казалось, не трогали эти ужасающие для других сообщения. Глас не считал нужным говорить.
Вершитель приберёг ещё одну, казавшуюся ему ужасающую правду, которую он оставлял напоследок обычно, наблюдая корчившихся, от обуреваемых чувств, сгустков, осознавших своё положение. Но они по приходу теряли память, и это несколько расстраивало Вершителя, лишая ощущения длящегося наслаждения, но этот-то будет помнить, и это грело, и он торжественно сообщил – «И вы будете Смертным! Это значит, что никогда не сможете покинуть этот мир в самостоятельной целостности и без частичной потери самости! » Торжественно выдохнув последнее, Вершитель с любопытством ждал реакции, её небыло, и это озадачило Вершителя, где-то шевельнулось подозрение нереальности происходящего.
Вершитель задумчиво смотрел на адаптацию, для него этот процесс давно стал обыденностью, но тут, тут он видел нечто иное. Не сгусток менялся под каноны, как обычно и ожидалось и показалось вначале, а каноны прогибались под сгусток! Они некой пеленой обволакивали сгусток, всё такой же прозрачный, они создавали вокруг него некие протуберанцы, не силясь войти и хоть как-то потревожить структуру сгустка! Вершитель видел такое впервые, он даже не слышал про такое!