О первой, реальной жизни святого мы иногда знаем кое-что, иногда – очень мало, иногда – почти ничего. Мы знаем о жизни святого больше, если он оставил автобиографические сочинения, или если он совершил такие деяния, о которых сохранились сведения в исторических источниках, или если о нем написано человеком, лично знавшим его, или, наконец, если святой близок к нам по времени и память о нем еще жива среди наших современников.
Вторая жизнь святого – это его житие, написанное в некоторых случаях много столетий спустя и не всегда обладающее исторической достоверностью. Житие святого – это его словесная икона, некий идеализированный образ: оно всегда пишется в соответствии с каноном, за пределы которого автор редко позволяет себе выйти.
Что знаем мы о реальной земной жизни святителя Николая? Действительно, почти ничего. Есть его житие с рассказами о различных чудесах, однако многие из этих рассказов присутствуют также в житии другого святого, Николая Сионского, жившего в VI веке. Ни один исторический источник IV века не упоминает о Николае, архиепископе Мир Ликийских.
Означает ли сказанное, что житиям вообще нельзя верить? Вовсе нет. Хотя бы потому, что от житий не всегда можно требовать исторической достоверности, на которую они и не претендуют. Житие говорит нам в первую очередь о значимости святого для Церкви и церковного народа, рисует нам его духовный образ. Что же касается исторического облика святого, то в некоторых случаях он остается как бы за кадром.
И здесь важно сказать о той третьей жизни каждого святого, которую он проживает в опыте верующих на протяжении многих столетий, протекших после его смерти. Речь идет об исцелениях и чудесах, совершающихся у мощей или гробницы святого, о многообразной помощи, которую оказывает святой, когда к нему обращаются с молитвой. И во многих случаях оказывается, что таинственным образом эта жизнь святого в опыте Церкви соответствует тому, что мы можем узнать о святом из его жития. И житие, лишенное исторической достоверности, становится безусловно достоверным на каком-то глубинном и опытном уровне. И чудеса, описанные в житии, затем многократно повторяются в опыте других людей.