Паспорт в Магонию
Название книги «Паспорт в Магонию» взято из легенды, записанной архиепископом Агобаром Лионским (769—840): «Мы видели и слышали многих людей, погруженных в такую великую глупость, в такие глубины безумия, что верили в существование некой области, которую они называли Магония, где в тучах летали корабли, доставляя сюда земные фрукты, чтобы предотвратить град и бурю; моряки платили дань колдунам бури, а сами получали зерно и другие продукты. Среди этих людей, чье слепое безумие было достаточно глубоким, позволяя им поверить в такие вещи, я заметил четверых, связанных по рукам и ногам, которые выделялись из общей массы, – трое мужчин и женщина. Они утверждали, что выпали из этих кораблей. Их доставили к нам, чтобы толпа их не побила камнями».
Следующая аналогичная история относится к 1211 году: «В воскресенье в графстве Клоэра, когда все были на мессе, произошло нечто чудесное. Случилось так, что якорь, спущенный с неба, где он был привязан, зацепился одним из своих крюков за арку над дверью церкви. Прихожане выбежали из церкви и увидели в небе корабль с людьми на борту, который плавал на конце каната с якорем. Они увидели человека, который плыл через леерное ограждение и спрыгнул к якорю, чтобы отвязать его. Можно было бы сказать, что он плыл, как в воде. Люди приблизились и попытались схватить его, но епископ запретил им хватать человека, так как это могло убить его. Человек был отпущен и вернулся на корабль; экипаж обрезал веревку, и корабль исчез».23
Две эти легенды (в одну из которых не верит сам рассказчик) мы были бы вправе посчитать чистейшей фантазией, если бы весной в 1897 года десятки американских газет не сообщили о плавающих в облаках кораблях!
Так, в Chicago Chronicle от 13 апреля 1897 года была опубликована статья под заголовком «Воздушный корабль, замеченный в Айове»: «Фонтанелль, Айова, 12 апреля. Именно в этот вечер, в 20 часов 30 минут, все население города видело воздушный корабль. Он прилетел с юго-востока и очень медленно передвигался не больше чем в 200 футах от верхушек деревьев, не превышая скорости 10 миль в час. Можно было отчетливо рассмотреть машину – от ее длины около 60 футов до вибрации крыльев. Он был оборудован обычными цветными огнями. Был слышен шум его машины… Ему подали приветственный знак, но он повернул на север и, изменив скорость, исчез. В Фонтанелле не сомневаются, что речь шла о реальном приборе, и самые большие авторитеты города подтверждают это… и т. д.»
«Меркель, Техас, 26 апреля 1897 года. Вчера вечером люди, возвращавшиеся из церкви, заметили большой объект, который тянул за собой привязанную к нему веревку. Они следовали за ним до того момента, пока веревка не зацепилась за рельсы, пересекая железнодорожные пути. Подняв голову, они увидели, по их предположению, воздушный корабль. Он не был достаточно близко, чтобы можно было представить его размеры. В иллюминаторах можно было увидеть свет, который в передней части был очень сильным и напоминал свет локомотива.
Через несколько минут был замечен человек, скользящий вдоль веревки. Его удалось рассмотреть. Он был маленького роста, в одежде цвета морской волны. Увидев около якоря людей, он остановился, обрезал под собой веревку, поднялся обратно, и корабль улетел в северо-восточном направлении. Якорь был выставлен в кузнице Эллиота и Миллера и с тех пор привлекает внимание сотен людей».24
Таковы аномальные «переходные» формы. Но наибольший интерес представляет собой анализ ряда «фольклорных» источников.
Приводя различные легенды, Валле обращает особое внимание на те из них, которые опирались на живых свидетелей. Уфологи, собиратели историй о «пришельцах», выглядят в его описании продолжателями дела «сказочников». Однако не в том смысле, что «пришельцы» призрачны или вымышлены, а в том, что некоторые сказочные персонажи действительны.
«В предисловии к «Саге о Хрольфе», – пишет Валле, – датский историк XVII века Горфес собрал замечания, сделанные по поводу эльфов исландским ученым Эйнарзом Гюзмондом: «Я убежден, что они действительно существуют и что они – Божьи создания, что они женятся, как и мы, и у них есть дети обоего пола: это доказывается тем, что мы знаем о любви некоторых их женщин и простых смертных».
Уильям Гранд Стюарт в книге «Популярные суеверья горцев Шотландии» (1851) в главе «О страсти и наклонностях фей» говорит: «Феи примечательны проявлениями своего любовного расположения, но они ненадолго остаются привязанными к людям…» «Мы должны со всей прямотой сказать, что в настоящее время связь человеческого содружества и содружества фей стала крайне редкой. За исключением старого сапожника из деревни Томантул, который утверждает, что в молодости вытворял некоторые безумства с одной „лананчи“, мы лично больше ни с кем не знакомы».
Валле обращается к нескольким сборникам историй об эльфах и феях: к книге Хартланда «Science of Fairy Tales» (1891), к исследованию Вентца «The Fairy Faith in Celtic Countries» (1909) и, главное, к манускрипту 1691 года Роберта Кирка под названием: «The Secret Commonwealth» «Тайная организация эльфов, фавнов и фей».25
Следует отметить, что все авторы этих книг не сомневались в подлинности описываемого опыта, в значительной мере связанного с похищениями и любовными историями.
«Какую цель преследовали эти феи, – спрашивает Валле, – практикуя подобные похищения? Мнения, которые высказывают люди, сведущие в изучении народных сказаний, приближаются к настоящей теории, относящейся к НЛО, а именно: цель подобного контакта – цель генетического порядка…»
«То, что мы узнали здесь, – заключает Валле, – это полная теория контактов между нашей расой и какой-то другой, нечеловеческой расой с другой физической природой, но биологически совместимой с нашей. Тогда все эти ангелы, демоны, феи, небесные создания из ада или из Магонии – они «инспекторы» наших душ, похитители наших желаний… Но кто же они? Правильным ли будет провести параллель между религиозными явлениями, верой в фей, отношениями с карликами, обладающими сверхъестественным могуществом, сказаниями о воздушных кораблях и современными историями об НЛО?
Я охотно и энергично утверждал бы, что это именно так, поскольку причины, породившие эти разные верования, идентичны. Их человеческий контекст и влияние на людей постоянны. И мое заключение таково, что наблюдение за этим мощным стимулом является самым важным. И мало что можно увидеть лишь в проблеме изучения вопроса о материальности или нематериальности феномена НЛО.
На данный момент мы можем сделать единственное позитивное заключение, не боясь, что его могут оспорить: можно заставить большую часть населения (какова бы она ни была) поверить в существование сверхъестественных рас, летающих машин, в многочисленность обитаемых миров, представив ей несколько тщательно упорядоченных случаев, детали которых адаптированы к культуре и суевериям отдельного времени и места».26
В качестве дополнения к этим выводам и наблюдениям уместно привести слова Джона Килля: «Среди огромного количества проигнорированных данных об НЛО мы обнаруживаем сотни сообщений о „мини-людях“. Большинство из них очень похожи на сказки и легенды о гномах. Мини-люди ростом всего в несколько дюймов. Некоторые из них полностью одеты как космонавты с прозрачными шлемами на головах. Описание других очень напоминает германских эльфов. Встречавшиеся с ними часто расплачиваются за это конъюнктивитом, параличом, амнезией и прочими неприятными явлениями, неоднократно наблюдавшимися у очевидцев обычных, если так можно выразиться, наблюдений НЛО. Многие утверждали, что видели мини-людей прыгающими по траве и даже летающими на миниатюрных тарелках».27
Валле, таким образом, обнаруживает какое-то общее мифологическое поле, в котором в соответствии с различными этапами человеческой историей сменяются караулы загадочных существ.
В XVIII—XIX веках в мир явился атеизм, и демонический мир замер. В 1909 году Вентц писал: «В пределах Бретани существует вера, что феи когда-то существовали, но они исчезли, когда провинция изменилась под влиянием условий современной жизни. В районе Мена и Эрсе говорят, что более ста лет феи не появлялись; а в той части страны, где верят в то, что феи имели привычку жить в каких-то прибрежных гротах, существует мнение, что они исчезли в начале последнего века. Самые старые бретонцы вспоминают рассказы о феях своих родителей и прародителей, о том, что их видел кто-то; но очень редко они рассказывали о феях, которых видели сами».
Итак, XIX век ознаменовался своеобразным шоком, пережитым традиционными демоническими сущностями.
В ту пору резко сократились истории о явлениях демонов, но ровно через столетие черти буквально нахлынули на человечество в образе «инопланетян». Впрочем, нашествие их началось даже несколько раньше, в конце XIX века.