Вот если вдруг найдется такой человек, который никогда и ничего не слышал о христианстве и прочитает Евангелие, то он не увидит в его содержании ничего кроме легенд и мифов Ближнего Востока. Понимание того, что в Евангелии описаны самые значимые для человечества аспекты бытия, может приходить только через Предание, даже если это будут рассказы рыночной торговки, или брошюрка «Вестник атеизма», убеждающая читателя в том, что Евангелие – это сказки.
Предание – это информационная составляющая Церкви, накопленная за все время ее существования, начиная с догматики и кончая благочестивыми приходскими слухами. И даже апостольская миссия заключалась в том, чтобы основать Предание. Ведь апостолы посылались на проповедь, а не на административную деятельность. Посылались, чтобы Благая Весть не погибла на полках палеографов, изучающих раритетные литературные памятники народов мира. Прервется эстафета Предания, прервется и эстафета веры, а кроме Церкви хранить Предание некому.
Обожение. Не высоко ли человек мостится?
Необходимость следовать нравственному (евангельскому) закону обусловлена лишь тем, что «евангельское» поведение сохраняет мир человеческий в любви и согласии. Даже единство Святой Троицы обусловлено совершенством Их воли в любви и смирении. Именно нравственное совершенство Святой Троицы делает невозможными внутренние противоречия о Господе. Тринитарный Бог един благодаря своей нравственной (евангельской) высоте. По нравственному же принципу и человек приближается к Богу. Нравственное (евангельское) возрастание характера воли – это и есть процесс обожения человека.
Что человек… Даже если один из членов Святой Троицы будет злобным и гордым, то какой прок от его стопроцентного «генетического» родства? Тем более обычный человек, он если и преуспевает в некоем духовно-благодатном возрастании, но при этом останется лицемерным и самодовольным фарисеем без совести, то такой «святой» скорее отдаляется от Бога несмотря на всю свою церковно-обрядовую «святость».