«Я ощущаю тело матери изнутри, ведь я её плод, я её отросток, перенявший её характер, её вкусы, её сильные и слабые стороны личности. Когда произойдёт моё рождение, моя вселенная взорвётся, всё что питало меня, вытечет наружу, моё хрупкое тело впервые ощутит воздух, обоняние вкусит запах, и тогда, после лёгкого шлепка я прокричу так громко, будто никогда более громче не смогу кричать. Жаль, я перестану читать материнские мысли, я разучусь угадывать её движения и всё её физическое уже не будет моим, или вернее, будет, но с поправкой на мою собственную жизнь. Когда я стану взрослым, каждая женщина, которою я буду обладать, будет продолжением моей матери: вся та кожа, к которой я буду прикасаться, будет пахнуть ею. Ничто не затмит её гармонию безмерной любви». («30 дней до моего рождения»)
Десантники не мажут дёгтем нос —
Другой спецназ, другие правила;
Мы пашем, как крестьяне, на износ
И смерть зарубки на душе оставила.
В жару идём сквозь горы и леса.
Табак на бороде приклеился.
То тут, то там: щербет, лаваш, хамса,
Но мой желудок в пище разуверился.
На автомате стонут комары,
В ногах – песок, бумага, подорожник…
Идём как ангелы – по краюшку земли,
Давя врага законом непреложным.