«Вчера до обеда, я заходил в мясной лабаз…»
Вчера до обеда, я заходил в мясной лабаз,
используемый для торговли исключительно сырым
мясом. В таких местах, сознание всегда
радуется изобилию покупателей – что хорошо
известно каждому, кто однажды бывал там.
Я проходил между длинными рядами, застланными
мясом парнокопытных, рогатого скота и птицы,
при этом внимательно рассматривая большое
количество лиц покупателей, и тех, кто продаёт.
Достаточно насмотревшись на лица – я прислонил
свои сумки к полу, и приостановился поразмыслить.
Мой взор пал на один весьма поразивший меня
стеллаж. Поразил он меня по причине, что мясо
на нём было весьма низкокачественным: оно было
дурно пахнущим, потемневшим, и даже заветренным,
от чего с боков мясных кусков были вызывающие
отвращение коросты.
Торговки этим совершенно непригодным для
употребления продуктом питания на месте не было
(говорю торговки, потому как у нас принято, что
мясом торгует преимущественно женский пол).
Вероятно, она отошла по нужде в здешний туалет.
Я был уверен, что под стать стеллажу, торговка
после туалета никогда не станет вымывать руки.
Я брезгливо сморщился, и разумеется, отвратился,
и принял решение поскорее уйти от этого стеллажа.
Но здесь, произошла во всём неожиданная встреча,
приведшая моё настроение к колоссальному упадку,
и принудившая мои глаза источать слёзы.
К отвратному стеллажу возвратилась торговка.
То была юная дева – мясничка в светлом фартуке,
имеющая облик, более возвышенный, чем облик
любой из женщин на полотнах итальянских мастеров
эпохи Ренессанса.
2012