Мудрость китая

в нем переливчатый звук,

Смеющийся солнечный зайчик

Играет как маленький мальчик,

И сердце мне дарит свой искренний стук.

Безмерно — живая пустотность вокруг,

Ее невозможно понять,

Словами, умом описать,

В беззвучном покое мерцающий круг…

Пишу я на камне причудливой формы,

Вокруг удивительный мир,

Вздыхает неслышно эфир,

А птицы стремятся в небесные штормы…

ТАО ЮАНЬ-МИН

(по переводу В.М. Алексеева)

УЙДУ Я…

Уйду отсюда я домой… К себе домой…

Не зарастут мои поля слепым бурьяном.

В служанку тела обратил я душу рьяно,

И все грехи простил свои, придя домой…

Я вижу ясно, что дорога заблуждений

Зашла не слишком далеко, и я успел!

Сегодня прав я, а вчера был неумел…

Качает лодку ветер истинных прозрений.

Я целый день брожу по саду — наслажденье.

Бамбук мне шепчет о пустотах бытия,

И снова ждет меня в саду моя семья,

Что больше мне желать в плену у вдохновенья!

И только ветер все поет: — Окно открой,

И подымаю я лицо с пустынным взором

Туда, где свет и тени тешат взгляд узором,

И возвращаюсь я домой… К себе домой…

ПРЕДВОСХИЩАЯ

С какою нежностью колышется бамбук,

Не уставая успевать за ветерком.

И переглядываясь с соснами тайком,

Он издает пустотным стеблем тонкий звук.

Какими силами Природа ожила?

В каком мгновении явила миру формы,

С какою нежностью, не ведающей нормы

Она звучание от Бога приняла…

Предвосхищая свою будущую Жизнь,

Она Красой своей рождает в Боге Мысль!

Эхо Юй Ай

Настоящий человек

Настоящий человек рвет все узы и оковы.

Необъятен и безбрежен, для него и горы — гномы.

((()))

Путешествует в чертогах запредельной пустоты,

И свободен от земного, от тщеты и от судьбы…

((()))

Меньше утреннего часа для него Земля и Небо,

И не более рассвета миллионы лет, их кредо.

((()))

Безмятежно он взирает на игру земного мира.

Тоньше нити паутинки мир ему, что песнь эфира.

((()))

В беспредельности Вселенной достигает он глубин,

Недоступных, безусловных и безвидных. Он — един.

Эхо Чжуан Чжоу

Если та сороконожка, что подумает сначала

Как добраться до причала, постоит еще немножко,

То забудет о движенье в пересчете ног своих,

В мыслях суетных, пустых, обрекающих на тленье…

Осознай же, человек! Что не ты живешь, а Он,

Господин твой и Закон. Не мешай Ему вовек.

От претензий и амбиций, от величия ума

Откажись. Живи тогда не жуком, а вольной птицей!

((()))

Мудрец, проснувшись, вспомнил бабочку из сна…

Ах, до чего же хороша она была!

Потом задумался: — А был ли это сон,

Или сейчас я сном глубоким опьянен?

И, если я проснусь, то снова стану ею,

Прекрасной бабочкой порхающей моею…

((()))

Пришел однажды Чжуан Чжоу в земли Чу,

И натолкнулся вдруг ногой на голый череп.

Хлестнул его ремнем, как волны бьют о берег,

Да стал расспрашивать: зачем, да почему?

— Что довело Вас, мой учитель, до такого?

Не безрассудная привязанность ли к жизни,

И не покорность ли захватнической мысли?

И не беспутная ли жизнь в годах былого?

А, может, тихая, похожая на смерть,

Та долголетняя Вас жизнь похоронила?

За разговором этим ночь уж наступила.

Подушкой… череп стал, и лег мудрец на твердь…

А в полночь череп в сон пришел и говорит:

— Болтал ты попусту, любитель рассуждать!

Живых людей заботы можешь лишь считать…

А нам неведомы они, в нас

Поделиться

2 комментария к “Мудрость китая”

  1. Уважаемый Эзоп Ковчега!

    А можно мне, как мало-мальски образованному товарищу, задать несколько вопросов автору стиха «ДВА    МОНАХА    И    ДЕВУШКА»?

    Заранее благодарен.

     

    ДВА    МОНАХА    И    ДЕВУШКА

    Феана

     

    Сезон   дождей.    Дорога   грязная.   Монахи

    (ЗДЕСЬ – сколько монахов? Чтобы среди всех монахов выделить героев по названию – двух монахов) Дошли   до  речки   мелководной.   Перед  ней Стоит   красавица  в   шелках,   луны   светлей. Один  взял  на руки  её,  заслышав  «ахи»,

    (ЗДЕСЬ – с чем связаны «Ахи»?(у неё, простите, месячные?)

    А если не в шелках и не луны светлей, то один монах, из многочисленных монахов, её бы не взял, потому, что речку мелководную и девочка перейдёт) Да   перенёс  и   там   поставил  на  траву. В   молчанье   шли  они  до  вечера  вдвоём… А  перед   сном   второй  (ЗДЕСЬ – в конце стиха нет третьего и четвёртого монаха!Почему?) спросил:  —  Я   удивлён! Запрет   монаха   ты   нарушил,   почему?

    …………….

    Ох  и тяжёл стих… С уваж.И.А.Крылов своих личных басен

    Два монаха

    Владимир Шебзухов

     

    Чисты на небе облака.  Не стало грозных туч.  Хоть сильно разлилась река,  Но в радость солнца луч.  Свой, двум монахам, час настал  Продолжить длинный путь.  (Застала их в пути гроза.  Пришлось передохнуть)  Ждала обитель за рекой.  Пусть поднялась вода,  Ещё, чуть-чуть, и дом родной  Их примет, как всегда!  Вдруг за спиною женский крик.  И каждый оглянулся.  Кто помоложе, в тот же миг,  В сторонку отвернулся!  А голос помощи просил,  Мол, слабый человек,  На противоположный брег,  Попасть, не хватит сил!  Но старший, средь двоих, монах,  Отнюдь, не оробел.  И женщину он на руках  Перенести сумел.  А дале шли своим путём.  Но по пути молчали.  Пред домом стал и нипочём  Путь длинный за плечами.  Вот-вот в обитель им войти,  Младой спросил: «Ответь,  А не нарушил по пути  Свой, данный ты, обет?  В запретах всех, быстрей дано  До Истины добраться…  В них, строго, ведь, запрещено  Нам женщины касаться!»  «Что я в ответ сказать могу –  Пусть перенёс, и что ж?  Оставил там, на берегу!  Закончим разговор…  Но ты ту женщину несёшь,  Как видно, до сих пор!»

  2. А вот ещё понятливая притча в стихах

     

    ГРЯЗНАЯ ДОРОГА.

    Алексей С. Железнов Как грязно и скользко на мокрой дороге, Брели два монаха — скользили их ноги. Из храма в Киото шли в северный храм, Зачем они шли — я не ведаю сам. У места, где сходятся много дорог, Разлился неистовый горный поток. И там, в кимоно из блестящего шелка, Прекрасная девушка плакала горько. Пройти через воду не смела она, Слеза по щеке как дождинка текла. Один из монахов,Тандзан его звали, Не выдержал горькой девичьей печали. Он девушку, сникшую в горечи слёз, Легко через водный поток перенёс. И дальше монахи идут по горам, По грязной дороге в свой северный храм. Второй из монахов молчал, хмуря брови, И злые глаза наливались от крови. Уже возле храма не смог устоять, И начал Тадзана за грех обличать. «Монахи не могут касаться девиц, Тем паче красивых, изнеженных лиц. Держаться подальше от них мы должны, Как смел понести на руках ее ты?! «В лучах воспалённого солнца заката Печально Тадзан посмотрел на собрата: «Я взял и оставил ее за рекой, А ты всю дорогу тащил за собой.»

Добавить комментарий

Прокрутить вверх