Старик с трудом перевалился на спинку и зашелся кашлем. Он надеялся вновь увидеть далекое солнце, но небо затянули облака. Все новые и новые позывы кашля сотрясали его грудь. Он давно привык к ним и даже уже почти не чувствовал. Это было чем-то привычным как еда, питье или сон.
Несколько минут старое тело просто лежало на песке и ждало появления солнца. Этого времени старику хватило на то, чтоб наконец смириться с тем, что ожидания бессмысленны. Его Бога нет.
Постепенно вернулся и слух. Где-то вдалеке он услышал, как кто-то тихо бредет по песку. Сначала он принял это за ветер, но кожа не чувствовала дуновений, да и звук был слишком прерывистый.
Его жилистая шея повернулась в сторону, и старик увидел далекую фигуру в белых одеждах, почти незаметную на фоне такого же белого песка. Сухие губы слегка приоткрылись и из них донесся непонятный звук. Но фигуре этого хватило, чтоб повернуться и направиться к старику. Тот с кряхтением перевернулся на живот и пополз навстречу. Чувство реальности стало возвращаться к нему.
Его имя – Сарош. Он жрец Ахура Мазды. Он рассказывает о зороастризме не ведающим и несет мудрые слова народу. Его религия погибала. В этом месте только он с учеником до сих пор были верны Ахура Мазде. Большинство зороастрийцев захвачены в плен или убиты завоевателями этих земель. Они верили в других богов и не хотели видеть угрозу своей религии. Сарош умолял своего Бога подсказать, как не дать умереть зороастризму. Уже долгие годы он мечтал о хотя бы небольшой помощи, но Бог молчал. И вот посреди этой пустыни ему показалось, что он что-то почувствовал. Ахура Мазда наконец одарил его своей милостью. Но, кажется, это был лишь мираж. Старик перегрелся под солнцем.
Плеча Сароша коснулась сильная загорелая рука. На него смотрел симпатичный юноша с уверенным взглядом и грубыми чертами лица. Губы старика сами собой пролепетали имя «Говад».
Юноша помог жрецу подняться и накинул на его лысеющую голову белый капюшон. Его карие глаза смотрели прямо на Сароша. Говад ждал от него, но чего? Старик совершенно не помнил, куда они шли и что вообще здесь делали.
– Получилось узнать хоть что-то? – В голосе юноши звучало легкое раздражение.