Школа левитации
Очередной трамвайчик с группой путешественников подъехал к их КПП, когда уже вечерело.
Пограничники, завидев в группе знакомое лицо (кажется, его зовут то ли Нурлан, то ли Орлан…), снова впали в легкую кому.
Опять придется объясняться с этим парнем?…
Нурлан (или все-таки Кажан?) подошел к ним, кивнул с улыбкой, как старый знакомый, в глазах его был немой вопрос, – судя по всему, он ожидал услышать от пограничников что-то новое на свой счет.
И пока остальные пассажиры трамвайчика, собравшись в группу, с сопровождающим шли к Капле (серебристой капсуле перемещения), чтобы, как обычно, отправиться через Тоннель в Другой мир, – Нурлан (или Крылан, как его там на самом деле?), по-прежнему переминался с ноги на ногу возле пограничников. Не дождавшись ответа, сам нарушил молчание: «Так как там насчет меня? Можно мне… своим ходом?».
«Пока решения не было…», – ответил старший смены, Гаврик Агран, страдая больше других. Начальство «там, наверху» все никак не решит, что делать с этим парнем, а им, простым погранцам, каждый раз приходится с ним объясняться.
Плохо, если этот парень подумает, что они пытаются оказать на него давление, ограничивая его свободу, – что недопустимо. Задача пограничников – здесь, на границе, уберечь людей от возможного вреда во время перехода в другой мир.
А этот чудак подал прошение властям о самостоятельном перемещении. Потому что у него это, видите ли, однажды уже получилось…
Гаврик отлично помнил тот день, когда этот Орлан (или Нурлан) впервые появился на их пограничном пункте.
В этот день всё шло как всегда. Вместе с другими путешественниками Орлан предъявил карточку перемещения в Другой мир, получил в нее отметку.
Он оглядывался по сторонам, как провинциал, живший всю жизнь на природе, среди лесов и лугов, теперь впервые попавший в этот сложный большой мир, напичканный современной техникой. (Как оказалось позже, он и в самом деле был из глубинки. И для него это, действительно, было первое перемещение в Другой мир).
Тогда, помешкав возле пограничников, этот Орлан (Нурлан, Кажан?) неуверенно спросил у Гаврика: «Нам туда?» махнув рукой в сторону капсулы.
Гаврик утвердительно кивнул головой. Сделал он это чисто машинально. И тогда произошло то, чего никто не ожидал.
Орлан, сделав два шага по направлению к серебристой капсуле, вдруг взмыл в воздух. И через пару секунд уже скрылся в темном отверстии Тоннеля.
Все произошло так быстро, и выглядело в каком-то смысле так буднично и естественно, – что Гаврик и другие пограничники просто не успели среагировать. Они-то ведь вначале решили, что Орлан, спросив: «нам туда?» имел в виду капсулу перемещения, стоящую как раз перед входом в Тоннель.
Этот вход выглядел со стороны размытым, нечетким кругом. Какая-то сила создавала здесь что-то вроде вихря с темным входом-отверстием, смерч этот вращался, «засасывая» всё, что приближалось к его темнеющему и вибрирующему, словно живое существо, отверстию.
Конечно же, никому из людей до сих пор не приходило в голову отправиться через Тоннель пешком. Или, упаси Боже, так, как этот «летун», – самостоятельно, на бреющем полете. Такая самодеятельность исключалась. Ведь никто толком не знал, что на самом деле происходит в Тоннеле по пути в Другой мир. Законы перемещения еще не были до конца изучены учеными.
Да к тому же еще и эта левитация, к которой в обществе еще не сформировалось определенного отношения… Что это за явление? Какого порядка? Ведь не все люди умеют левитировать.
В тот, первый раз нашего летуна быстро вернули назад. У пограничников для отлова случайных нарушителей – птица ли залетит в Тоннель, или случайно забредет животное – была золотая сетка… И «нарушитель» бывал отловлен, бережно и аккуратно.
Тогда все закончилось вполне благополучно. А Гаврику Аграну и его смене поставили на вид, проведя с ними дополнительный инструктаж. К Орлану тоже не применили никаких ограничений на последующие перемещения в параллельный мир. Ведь он, действительно, приехав из провинции, лишь понаслышке знал о подобных перемещениях в Другие миры. К тому же проявил искреннее раскаяние и обещал больше ничего не нарушать.
Но потом все же подал прошение начальнику их погранслужбы, чтобы ему разрешили самостоятельные перелеты в Другой мир. И теперь, ожидая положительного ответа, каждый раз приставал к пограничникам с одним и тем же вопросом: «А когда мне можно будет своим ходом?…». Чем приводил их в немалое смущение.
«И что ему неймется?» – думал Гаврик. – «Перемещался бы вместе со всеми в капсуле, без выпендриваний. Удобно, комфортно, можно отключиться на часок, подремать. Ведь это опасно и некомфортно -путешествовать в Тоннеле в одиночку в сырой вибрирующей тьме, в окружении энергосущностей, монстров Междумирья, черных дыр и еще чего-то, чего мы не знаем.
…А все же интересно, как он это делает?»
Гаврик на секунду представил, что и у него тоже может получиться летать. Он выпрямился и потянулся всем телом вверх, к небесам… но ничего не произошло. Правда, поднял одну ногу. Но вот вторая одновременно с первой, от земли почему-то не отрывалась.
Конечно же, Гаврик, как и другие, слышал, читал про левитацию. Но эта необычная способность людей была мало изучена, и имела весьма различные объяснения. В древности считалось, что эта сила – от бесов (или от отрицательных энергосущностей). Другие полагали, что такая способность может быть и от высших сил.
Так что люди и по сей день не имели по этому поводу определенного мнения. И теперь в информационных сетях вспыхнули жаркие дебаты. Насчет левитации, ясновидения вообще, равно как и об Орлане в частности. Может быть, именно способность к левитации и сделала его также неуязвимым для неведомых энергий Тоннеля?
Молодежь, как всегда, была за риск таких самостоятельных экспедиций.
Старшие, естественно, спорили о том, могут ли они позволить молодежи идти на этот риск.
Мудрецы же спорили: могут ли Старшие что-то запрещать молодым.
Но тут началось самое интересное. За Орлана (Кажана, Ушана) взялись ученые. Что, если у людей, подобных Орлану, есть качества, которые могут противостоять темным энергиям Междумирья в Тоннеле?
Ведь именно «дети природы», выросшие среди травы, лугов и деревьев, в деревянных постройках, стоящих на земле, намного чаще обладали сверх способностями, чем дети городов и мегаполисов, перегруженные многими знаниями, общением с искусственным разумом.
И теперь, после начала всех этих дискуссий о человеческой Воле и о праве человека на риск, под эту сурдинку – по всей земле потихоньку стали преподавать левитацию в школах совершенствования, а также ясновидение, предвидение, – все те спорные дисциплины, которые в обществе раньше не очень-то приветствовались.
…Гаврик Агран тоже записался на курсы по левитации.
…Стены небольшого зала были радостного светло-апельсинового цвета, занавески тоже светло-апельсиновые. Кушетки засланы такими же светлыми покрывалами.
В их группе была в основном молодежь. Но было и пару «стариков» вроде Гаврика, и даже одна женщина «серебряного» возраста. Похоже, ей было лет под двести, хотя выглядела она классно и порхала по комнате как девочка.
Инструктор показал начальную позу – лежа на кушетке на животе.
«Подвиньтесь к краю так, чтобы грудная клетка была у самого края кушетки. Вот так, до подмышек. А теперь берем в руки книгу…. Что такое книга? Напоминаю: это бумажный, да, именно бумажный, носитель информации. Кстати, у нас открылись по выходным занятия по каллиграфике. То есть, искусству начертания красивых символов, называемых в древности «буквицы». …Нет, те книги, которые мы сейчас берем – написаны не вручную, а напечатаны в специальных мастерских. …Берем такую книгу – обязательно в твердой обложке. Вот так…»
Инструктор, немолодой шестидесятилетний мужчина, берет толстую книгу и кладет ее под лоб, придерживая рукой снизу. Вес головы полностью лежит на книге.
«…Полностью расслабляем шею, голову, все тело. И чуть приподнимаем книгой голову. Обратите внимание: у нас хватает сил руками поддерживать голову, причем, руки ни на что не опираются …Вот так мы и «разговариваем», общаемся с силой гравитации».
Ученики молча, сосредоточенно сопя, стараются выполнить указания тренера. Действительно, она преодолима, эта гравитация, хотя бы здесь, в области головы.
«…А теперь расслабляем всю верхнюю часть тела,– продолжает инструктор. – Поза крокодила, голова лежит на руках. И – чуть согните обе ноги в коленях. Так… и постарайтесь, поднимая колени вверх, удержать ноги на весу. Чувствуете? Ноги и часть таза приподнимаются, и как бы зависают над топчаном…»
Ученики с легкостью выполняют и это упражнение.
«А теперь постараемся соединить две этих фазы в одно целое», – говорит тренер.
Свет в «апельсиновой» комнате почему-то всегда кажется солнечным, какая бы погода ни стояла за окном.
…А потом ученики пытаются соединить две части этого упражнения в одно целое. «О, здорово, половина нашего тела уже «парит»!»
«…Осталась лишь середина нашего тела, – продолжает тренер, словно о легко преодолимой мелочи. – Ну, перед третьей фазой давайте немного отдохнем, расслабившись. Теперь перевернемся на спину. Сделаем несколько полных дыханий йоги.
…И – опять за работу!»
Ученики, и Гаврик вместе с ними, снова переворачиваются на живот. Берут книгу, приспосабливают ее под голову, затем поднимают колени…
«…А сейчас удлиняемся макушкой вперед, натянув позвоночник. Копчиком тянемся в противоположную сторону. Надо натянуть позвоночник, чтоб он стал активен. Пропускаем через него световую энергию, вы знаете, какого цвета, – голос тренера, кажется, взлетает от напряжения, словно он одним только голосов хочет поднять в воздух всю свою группу из пятнадцати человека, – позвоночник наш невесом, энергия бежит по нему параллельно полу, она не подвержена силе притяжения, это только свет, легкость…»
Гаврик после тренировки всегда принимал душ, так как эти занятия, особенно первые дни, здорово выматывали, и майка была – хоть выжимай.
Но сегодня он неожиданно почувствовал, что и майка у него сухая, и в теле после полуторачасовой тренировки осталось лишь ощущение легкости. И как будто «электричество» потрескивало в позвоночнике.
«Интересно, что такое я сделал с собой?… – думал он, выходя на улицу. – Тело стало совсем другим. Очень интересно. В конце тренировки на какой-то момент показалось, что позвоночник – словно светодиодная лампа, и по нему бежит светлый мягкий огонь. И тогда тело кажется невесомым.
Похоже, сила притяжения – не такая уж неизбежная штука?»