***
Я не знал ни ее телефона, ни адреса, и, откровенно говоря, ничего о ней не знал, кроме имени.
Владелец ресторана, где мы встретились, тоже не смог помочь мне этой информацией.
И все, что мне оставалось делать – приходить туда снова и снова в надежде увидеть ее.
Я стал появляться в ресторане настолько часто, что это место стало казаться мне вторым домом.
Я приходил туда утром, днем и вечером, но все бесполезно – за целый месяц она так и не появилась.
При этом, все в моей жизни резко поменялось. Мне казалось, что я очутился в каком-то другом мире. У меня стали появляться необычные состояния – все вокруг меня происходило как в замедленной съемке, лица далеко сидящих людей я видел крупным планом, понимал все, что они говорят, и знал их мысли.
Иногда поход в ресторан был для меня словно посещением кино. Это место так на меня воздействовало, оно было каким-то местом Силы и, очевидно, открывало мои способности. Возможно, когда-то давно я выбрал этот ресторан не случайно.
Сейчас временами я сидел на своем обычном месте, медленно потягивая вино, и за один вечер наблюдал целые сюжеты и линии жизней очередных посетителей.
Вот девушка в малиновой юбке, с помадой на губах того же ярко-малинового цвета. Она говорила, закатывая глаза, и ее ярко-малиновые губы быстро шевелились, а жестикуляция была настолько ярой и эмоциональной, что, казалось, вся посуда вокруг нее в какой-то момент разлетится вдребезги. Белая блузка в горошек, волосы, забранные в пучок сзади, – она походила на гостью из 80-х, что пришла в наш мир с любопытством в больших глазах, посмотреть, как мы тут живем в новом тысячелетии.
Но это было единственное, что привлекало к ней мое внимание. То, что она говорила своей собеседнице, было настолько примитивным, что вызывало во мне приступы зевоты.
Картинка ее жизни промелькнула у меня перед глазами калейдоскопом, как деафильмы, что смотрели в детстве с родителями.
Она выросла в небольшом городке, в детстве мечтала стать балериной. Но выросла и стала менеджером по продажам. «Потому что они зарабатывают больше» – так сказала мама. И юная Наташа пошла учиться на менеджера. Сейчас она жила в съемной квартире, не любила свою работу, но любила своего единственного настоящего друга – домашнего кота Тимошу. В отличие от других живых существ, он всегда встречал ее с распростертыми объятыми и любил безусловно, безграничной, какой-то настоящей безмерной любовью. Он сворачивался клубком у нее на коленях, утыкался носом в руку и влюбленно пел песни. Это были почти единственные моменты счастья в ее жизни. Все остальное время она проводила на нелюбимой работе и на встречах с парнями сомнительного образа жизни, в попытках удачно выйти замуж.
Все, что я видел, глядя на ее жизнь сквозь прозрачный бокал в моей руке, вызывало во мне скуку. Ее жизнь была похожа на десятки, сотни и тысячи жизней других людей, которые мне встречались. Деньги, замужество, дети, работа, нереализованные мечты, бесконечная белкоколёсная рутина – в этом эти люди были похожи, и это всегда вызывало во мне вопрос – как вы можете так жить? Ведь вы наверняка хотите жить по-другому, лучше? Просто взять и изменить свою жизнь!
Я знал, что где-то в глубине души они хотели. И даже не только в глубине. Иногда они совершали рывки, попытки вырваться из этой клетки на свободу, но рутина пыталась затянуть их в это болото снова и снова.
Наблюдения за этими трепыханиями, словно беспомощных птичек в клетке, на протяжении всей жизни заставляли меня задумываться – что я могу сделать, чтобы изменить жизни этих людей?
Я был волонтером, помогал бедным, выступал психологом для друзей и просто случайных знакомых. Но облегчение наступало лишь на некоторое время. Да, их благодарность была для меня большой ценностью. Да, когда я помогал решать им какие-то сложные внутренние вопросы и видел, как камень падает с их плеч, я погружался в какую-то эйфорию, разделяя с ними счастье и легкость обретенной свободы.
Но их проблемы возникали снова и снова. Сколько бы голодных я ни кормил, сколько бы проблем людей ни решал – все повторялось снова и снова. Тот же бездомный был снова голоден, и я встречал новых голодных людей, без места жительства. Люди снова и снова обращались ко мне за советом, все их проблемы были похожи между собой, как и решения. И я понимал, что, в свою очередь, становлюсь той же самой белкой в колесе, но в другом срезе пространства. Я решал их вопросы, но ситуация в мире в целом не менялась.
Временами на меня нападали приступы апатии, и руки опускались от какого-то чувства безысходности.
Снова и снова я размышлял над судьбами людей и над тем, как изменить этот мир. Как сделать так, чтобы люди вдруг стали счастливыми и свободными.
Для меня было совершенно очевидно, что современная модель мира была прогнившей до самого основания. Власть имели люди, подверженные коррупции, нажившие огромные состояния нелегальными бизнесами, буквально шагая по головам тех, кто встречался на их пути. Беспринципные, безжалостные, хитрые. Всегда за кулисами.
Но я знал, что скоро настанет момент, когда их власти придет конец. Не будет больше горстка беспринципных людей управлять этим прекрасным, совершенным миром, созданным Всевышним для свободы и счастья живущих в нем существ.
Я чувствовал окончание прогнившей эпохи и преддверие новой, счастливой и свободной жизни для всех людей.
Это ощущение было сродни той же самой эйфории, какого-то ликования души. Я был в ожидании чуда, но вместе с тем ясно осознавал, что я был какой-то ключевой фигурой в этой новой сцене. Что мне предстоит сделать что-то важное и глобальное. При мысли об этом мое сердце на мгновение замирало, я лихорадочно пытался найти ответ в недрах своего сознания, но понимал, что эта информация была доступна мне из чистого видения, а не из потока мыслей.
И потому я так усердно, снова и снова искал встречи с Ней.