Переверните страницу, если готовы к путешествию, которое началось с первым вопросом первого человека о смысле и закончится не раньше, чем погаснет последняя звезда – а может быть, и тогда не закончится.
Путешествию через лаборатории и храмы, через уравнения и откровения, через код и молитву.
Путешествию к метафизическому минимуму, который оказывается максимумом.
Путешествию к дому, который вы никогда не покидали.
Добро пожаловать в эксперимент.
Эксперимент уже начался.
Вы уже его часть.
P.S. Если эта книга покажется вам слишком странной, помните: реальность ещё страннее. Если покажется слишком амбициозной, помните: ставки – выживание смысла в бессмысленной вселенной – оправдывают амбиции. Если покажется слишком сложной, помните: восьмилетние дети понимают её лучше профессоров.
И если вдруг покажется, что вы всё поняли – перечитайте. Понимание здесь не конечная станция, а топливо для дальнейшего путешествия.
Итак, начнём…
0. Пролог: эвристический сценарий
Молчание, которое говорит
Афонская келья. Предрассветный час. Монах-исихаст сидит неподвижно, губы его едва заметно шевелятся, но звука не слышно. Дыхание становится всё тише, пока почти не исчезает. Сердце замедляет свой ритм. В какой-то момент происходит нечто странное: молитва «Господи Иисусе Христе, помилуй мя» перестаёт быть словами. Она превращается в чистое внимание, в некий внутренний жест, который невозможно передать никаким языком. Монах больше не произносит молитву – он становится ею.
За тысячи километров от Афона, в предгорьях Памира, суфийский шейх погружён в тихий зикр. Его ученики видят лишь неподвижную фигуру, но внутри него разворачивается целая вселенная. Имя Аллаха растворяется в дыхании, дыхание растворяется в сердцебиении, сердцебиение – в том, что не имеет имени. «Ля иляха илля-Ллах» больше не фраза – это зикр самого бытия, который звучит без звука, движется без движения.