Это не уловка и не интеллектуальная трусость. Это признание того, что язык, сформированный для описания конечного, ломается при встрече с бесконечным. И в этом изломе, в этой творческой двусмысленности рождается пространство для подлинного диалога.
Ещё один инструмент Десмонда – апофатическая проверка. Апофатика говорит о Боге через отрицания: Бог не есть это, не есть то. Мы применяем этот принцип к нашим интерпретациям.
Находим ли мы общее ядро всех мистических традиций? Нет – каждая традиция уникальна. Но находим ли мы только различия? Тоже нет – есть удивительные резонансы. Является ли надконфессиональная метафизика новой универсальной религией? Нет. Но является ли она просто академическим упражнением? Снова нет.
Через эти отрицания проступает позитивное содержание – но содержание, которое нельзя схватить прямо, можно только обойти по касательной.
Практический пример: проверка концепции «пробуждения»
Возьмём концепцию, которая кажется универсальной – «пробуждение». Буддизм говорит о бодхи, христианство – о метанойе, ислам – о якзе, индуизм – о мокше. Соблазнительно сказать: это одно и то же, просто разные названия.
Применяем метод «двойной слепоты». Даём феноменологическое описание «внезапного сдвига перспективы, после которого мир видится фундаментально иначе» представителям разных традиций, не указывая источник.
Результаты поразительны. Христианин говорит о покаянии-метанойе, но подчёркивает: это дар благодати, не достижение. Буддист говорит о просветлении, но подчёркивает: это реализация того, что всегда уже было. Суфий говорит о бака (пребывание в Боге после фана), но подчёркивает: это не конец, но начало истинной жизни.
Применяем критерий невинной экзегезы. Можем ли мы сказать, что все говорят об одном? Нет – это усилило бы позицию универсалистов. Можем ли сказать, что это совершенно разные явления? Нет – это усилило бы позицию партикуляристов.