Но информация – это различие, которое создаёт различие. Для кого? Кто регистрирует это различие? Мы снова возвращаемся к проблеме наблюдателя, субъекта, сознания – то есть к классическим метафизическим вопросам.
Тонкая метафизика
Так рождается то, что можно назвать «тонкой метафизикой» – не громоздкие системы в духе Гегеля, претендующие объяснить всё, а деликатные попытки нащупать минимальные метафизические допущения, необходимые для осмысления данных современной науки.
Эта тонкая метафизика удивительным образом резонирует с созерцательными традициями. Когда физик говорит о нелокальности квантовой запутанности, буддист узнаёт учение о взаимозависимом возникновении. Когда нейробиолог описывает состояния, где исчезает граница между «я» и миром, суфий кивает: это фана, растворение в Божественном. Когда философ сознания постулирует панпсихизм, индуистский мыслитель напоминает: это же древняя доктрина о Брахмане как сат-чит-ананда – бытии-сознании-блаженстве.
Новый синтез?
Мы стоим на пороге странного синтеза. Наука, отвергнувшая метафизику, обнаруживает, что без неё невозможно понять собственные открытия. Религиозные традиции, веками хранившие опыт трансцендентного, находят неожиданное подтверждение в лабораторных экспериментах. Философия, объявившая о смерти больших нарративов, вынуждена создавать новые – чтобы связать воедино разрозненные фрагменты знания.
Но этот синтез не может быть простым возвращением к домодерной метафизике. Мы не можем забыть Канта, Ницше, Хайдеггера. Мы знаем о нейромедиаторах и квантовой декогеренции. Нужна новая метафизика – достаточно тонкая, чтобы не противоречить науке, достаточно глубокая, чтобы вместить опыт мистиков, достаточно открытая, чтобы не стать новой догмой.
Возможна ли она? Следующие страницы – попытка нащупать её контуры.
1.3. Тезис: «надконфессиональная метафизика» нужна как посредник между универсальными притязаниями разума и партикулярными формами откровения
Парадокс партикулярного