Обобщая всё выше сказанное, нужно отметить, что жизнь подтвердила практикой теорию марксизма-ленинизма, после победы социалистической революции наступает не коммунизм, а переходный период. В этот период существующее общество несёт в себе как черты старой формации, так и новой коммунистической. Поэтому малейшее отступление от научно обоснованного ведения хозяйства, любой авантюризм, чем бы он не вызывался, неизбежно приводит к экономическому, а затем и политическому кризису.
Вопрос только в том, можно ли на практике полностью избежать кризисов в переходный период. Если взять тот небольшой опыт стран, строящих коммунизм, то получается, что до определённого уровня развития кризисные явления в экономике соц. стран возможны. Этот уровень характеризует отношение собственности, а именно – степень её обобществления.
Другими словами все реформы на пути строительства коммунизма, так или иначе, должны касаться собственности, т.е. сферы производительных сил и производственных отношений, вспомним «закон соответствия». Если в досоциалистический период нарушение закона соответствия вызывает революции, то при коммунистическом строительстве (плановая экономика) просчёты и ошибки могут привести к контрреволюции, и потере тех высот развития человеческого общества, которые уже были.
Реформы с одной стороны должны быть направлены на повышение производительности труда, с другой на всё большее вовлечение широких масс трудящихся в управление страной, путём передачи функций управления непосредственно производителям, одновременно совершенствуя и развивая рабочий контроль.
Критерием же оценки правильности реформ может служить только сокращение рабочего времени и ни что иное(!)
Брежнев пытается выправить ситуацию, замедлить начавшийся спад в экономике. На мартовском пленуме 1965г. ставятся задачи интенсификации народного хозяйства: механизация, мелиорация, химизация.
(Всё о чём говорил Ленин вспомнили, но духовный подъём, советский патриотизм а главное вера в светлое будущее, были уничтожены безвозвратно! п.а.)