Номенклатурный Переворот на 20 съезде КПСС, поощряемый и подталкиваемый агентами международного капитала и их агентурой в СССР.
Конечно, ошибки были и до Хрущёва, но дело в том, что с приходом к власти малообразованного, (не способного к образному мышлению) с мелкобуржуазными взглядами авантюриста, ошибки превратились в систему отходов от социализма.
Из всего выше сказанного совсем не значит, что та поспешная реабилитация разного рода вредителей и откровенных врагов советского народа, которая была организована Микояном и Берией и подхваченная Хрущёвым, Горбачёвым и Ельциным справедлива, и оправдана. Ни в коем случае. Какие бы заявления не делали последыши Троцких, Зиновьевых и Каменевых, прочие мелкобуржуазные социалисты, факты остаются фактами: почти все они признали свою вину. Есть их выступления на открытых судебных процессах, эти факты стали достоянием истории, и какими бы клыками не обладали новоявленные демократы, их уже не вырвать из человеческой памяти.
Однако, понимая и принимая необходимость репрессий против врагов Советского государства, мы должны однозначно проводить линию на то, что ни один, рабочий не должен подвергаться политическим репрессиям, даже если и был в чем-то замешен, (исключая уголовное преследование).
Потому, как неправильная позиция многих из них вытекала и вытекает из их политической неграмотности, и это не вина простых людей, это наша общая беда и в первую очередь коммунистической партии.
После двадцатого съезда партии, когда был «развенчан культ личности», понимая, что рано или поздно могут стать достоянием гласности те негативные факты творимого предательства интересов рабочего класса, группой Хрущёв-Микоян, после ареста Берии был изъят архив отдела «А», и передан канцелярии президиума (подведомственной Хрущёву) после чего след этих архивов исчез.
Хрущёв, под видом борьбы с бюрократией и разрастанием партгосаппарата развернул борьбу с теми, кто был не согласен с решением двадцатого съезда КПСС и изменением курса на капитализацию экономики.