Только потом поняла, что вкусы и запахи пропали.
Потом результаты теста показали, что у Василисы ковид. Мы сначала перепугались, потом успокоились, подлечились и выписались домой под честное слово.
Но этим история не ограничилась – система над нами как будто издевалась ещё две недели:
нас всё время проверяли, соблюдаем ли мы режим карантина.
То приходили домой, фотографировали меня с паспортом в моей квартире, то звонили по видеосвязи или просто по телефону.
Я насчитала по шестьдесят звонков в неделю.
В общем, голова пухла, нервная система превратилась в одну напряжённую нить.
Хотелось «выйти из чатика», как мы тогда говорили. В общем, вырваться из этих событий.
К счастью, мои родственники пригласили нас троих к ним в дом, в Алушту.
Море, фрукты и полная свобода перемещения.
Это показалось мне волшебной дверью в счастье.
Итак, сначала уехали мы с Васькой и договорились, что во вторую неделю своего отпуска Вовка к нам присоединится.
И вот мы уже в Алуште: живительное солнце, потрясающие закаты, тёплое море, ароматные плоды южных деревьев, деревенский творог, сметана, молоко…
Ну и все другие прелести жизни на курорте.
Но я никак не могу насладиться отдыхом в полной мере.
Один огромный вопрос постоянно крутится в моей голове: моя семья рушится.
Я уже сейчас это вижу.
По маленьким пазлам собираю всю картину, и она мне не нравится.
Она похожа на разбитый красивый дом, в одном углу которого – я, а в другом – Вовка.
В тот вечер мы снова пробовали до него дозвониться.
Наконец, нам это удалось. Он всё время был на проектах.
– Как ты, милый? – время уже позднее, а, судя по звукам, Вовка всё ещё за рулём. – Ты где?
– Да вот, домой еду, устал уже за рулём. Сегодня помогал Ритиной бабушке – отвёз её из Подольска в Москву.
– Что? – слёзы сжали горло так сильно, что я с трудом договариваю свой вопрос. – Ритину?
– Масянь, ты чего? Я просто помог. Всё нормально. Не переживай.
Я быстро прощаюсь, прижимаю к себе засыпающую Ваську и плачу.
Долго. Как ребёнок, который вдруг остался один на улице.
Плакать нужно тихо, чтобы родственники ничего не знали.