Цикл «По дороге в Дамаск»
* * *
В каждом провинциальном городе
Есть рельсы, уходящие вдаль;
На крайний случай есть утро,
Сияющее чистотой…
А значит – нет человека,
Который совсем бы не знал,
Что мир – это только повод
Для встреч со своей душой.
* * *
Бог беззубого сердца
Тихо-тихо откроется дверца
И бесшумно войдёт
Бог беззубого сердца.
Бог великих щедрот.
* * *
Желтая проседь, небесная просинь.
Лето стареет, последняя осень
Вдруг наступает. Сменилась погода.
Вышел хозяин – бесплодные годы
Древа пустого срубим под корень.
Рядом садовник – строг и покорен.
Сабли холодной тонкое жало.
Время рассеялось, времени мало.
Время – возможность, а не проклятье.
В пламя вметают ветхое платье…
…
Но иногда… если добр Наследник,
На год ещё оставляют. Последний…
* * *
Для Христа, за Христа
Не сходите с креста,
Вам врученного Богом предведым.
От сомнения совесть пусть будет чиста,
Истощая терпением беды.
Солнца вечного свет
Озаряет сердца,
Претерпевшие кротко лишенья.
Для Христа, за Христа
Донеси до конца
Жизнь, как крест,
Как Христа продолженье.
* * *
Господи, потребуются годы,
Чтоб вернуться к твоему порогу.
Обещанье будущей свободы
Будет нам указывать дорогу.
Искренность заменит нам лампаду,
Отгоняя призрачные тени.
Вот что только для Спасенья надо –
Годы постоянства и терпенья!
* * *
И каждый раз неведомо откуда
Прощение приходит. И тепло
На сердце от свершившегося чуда,
От доброты и милости Его.
Мерцают мирно в полутьме лампады,
Всё чинно и размеренно, как встарь,
Прощенье получив – залог иной награды,
Заплакать ухожу в алтарь…
* * *
Мы Богу задолжали доброту,
И о прощении просить не вправе,
Давно переступив предел, черту,
После которой можно всё исправить.
Но милостивый всемогущий Бог,
За искренность готов покрыть всё пылью.
Ладонь на голову повинную кладёт,
Накрытую епитрахилью…
* * *
Вдруг входит мысль и всё осиявает,
Спускаясь словно волосы к плечам…
Я в этот миг зажмурясь подставляю
Своё лицо невидимым лучам.
И взгляд становится и влажным, и безбрежным,
И сердце наизнанку рвётся к ней —
Руке, перстом невидимым и нежным
Коснувшейся легко души моей.
* * *
Когда я вижу: люди со свечами
Стоят, молясь подножию Креста,
Я исполняюсь искренней печалью
О мире, не увидевшем Христа;
И за неимоверной крестной мукой
Не разглядевшим милости Отца…
Колышутся огни, трепещут руки,
Освещены… Освящены сердца.
* * *
Ты позвал меня, Боже, возлюбленный мой, —
Голос тихо звучал, звонко капало с крыш, —
По дороге в Дамаск – он у каждого свой, —
И я тоже спросил: что Ты делать теперь повелишь?
* * *
Холодный, тёмный, мрачный, очерствелый
Я прихожу к престолу Твоему –
Дух еле теплится, довлеет тело,
Душа перечит и противится уму.
И капелька за каплей в смертной сени
Глухого сердца водворяет мир
Христа распятого ожившее ученье –
Таинственный и вечный эликсир.
* * *
Баржа
Оставь, что было навсегда,
Начни опять с нуля.
Пусть жизни тёмная баржа
Без вёсел и руля
Плывущая по воле вод,
Течению вослед
Поднимет парус! Воздух жжёт
Совсем иной рассвет…
* * *
Пахарю
Прах земли и дыханье Твоё –
Всё, что есть у меня.
Подавая земле бытиё,
Приближенье огня
Осушило утекшие вспять
Реки искренней лжи.
Станет почвою грязь. Поддержи.
И зерно положи…
* * *
Они навеки примирились: Бог
И человек, паденьем отуплённый.
Об этом пел века назад пророк,
И праведник молился исступлённо.
Они навеки вместе: Человек
И Бог, в которого он всей душой поверил.
Ликуйте ангелы! Окончен смертный век.
В иную жизнь для всех открыты двери!!!
* * *
Рождество
Вот и ты! – долгожданная
Первая с неба звезда,
Вифлеемским сиянием
В мiр приносящая мир.
Десять жизней пройдя,
Я и вмале Тебе не воздам,
Ибо жалок и слаб,
Непотребен, никчёмен и сир.
Бог пришёл в полумраке вертепа,
В безлунной ночи.
Пой, ликуй, веселись
Или слёзы горючие лей,
Умиляйся, смущайся, робей
Восторгайся, кричи…
Только быть равнодушным
К небесному дару не смей.
* * *
Как жизнь сложна и многогранна;
Как просто с Богом в тишине!
И, совмещая соль и рану,
Страдая, верить не устану
В завет, обетованный мне.
* * *
Любовь возвращена – держу в руках дрожащих,
И слёзы капают признательно из глаз,
За что простил Господь убогих и пропащих?
За просто так. – Он любит. Любит нас!
* * *
Странник
Подожди ещё немного
И пойдёт своей дорогой
На чужих все ноги стёр.
Догорает, как костёр
Прошлых дней одна минута.
Медлит странник почему-то.
В небо к утренней звезде
Нет путей. И путь везде.
Позабудет сон и время,
Скорбь презреет, взвалит бремя.
Наступил всему предел –
Только пыль, где он сидел…