– Тебе дочка сюда, – и он указал на дверь. – Если твоё желание не велико, то входить не стоит. Постой, подумай. А ты сын мой, постоишь на дверях, но не заходи, как долго бы это не было. Здесь молись. Отчаянно молись, от всего сердца и души. Оставляю вас. Решайте дети.
Отец Серафим подошел ближе к Ольге, положил свою тёплую, сухую руку ей на темя, затем окрестил, то же самое он проделал с Олегом.
– Я тоже буду молиться о вас, – и тихо удалился.
– Мне страшно, – прошептала Ольга.
Олег прижал ее к себе, нежно поцеловал и подтолкнул к двери.
– Иди родная, не бойся, это наш шанс. Не стоит его упускать.
Видя, что Ольга мешкает, добавил:
– Ну же, иди!
Она стояла лицом к двери, на которой висел огромный медный крест. Перекрестившись и толкнув, касаясь середины креста дверь, она вошла вовнутрь. Это была маленькая комната, из утвари там находился только стол, на котором между двух горящих длинных свечей, лежала Библия. Видно было, что эта книга старинная. Над самим столом висела одна единственная икона Божьей Матери, а перед ней горела лампадка источающая запах мирны и ладана.
– Здра-с-те, – шепотом произнесла Ольга, и тут же испугалась, что делает не то. Озираясь по сторонам, она решила убедиться, что ее никто не слышал.
«Батюшка сказал постоять, молча», – подумала она. И опять волна страха накатила на нее. Мозг лихорадочно работал. Вот-вот должна была случиться очередная истерика.
«Как мне сдержать свои нервы? » – подумала Ольга. И тут же горько расплакалась.
Вдыхаемый запах мирны, ласково окутал ее и что-то или кто-то мягко осадил на колени. Сам воздух казалось, ожил, а с иконы на Ольгу смотрела женщина сопереживающая ей. И тут Ольгу прорвало: