Я уже давно привык к тому, что мысль, сбросившая оковы тела, легко принимает любые формы и образы. По своему настроению я менял эти состояния и воплощения легко, как герои мультфильмов. Хотя нет. Персонажи сказок давно остались далеко позади. Мои метаморфозы отражали каждое колыхание мысли. Теперь, когда клокочущие мысли заставляли гудеть сознание и видеть перед собой сжимающиеся кулаки, я видел их, но не кровь выступила из под ногтей, а нечто черное, как нефть, и тяжелое, как ртуть.
Тёмные мысли, как наэлектризованная, липкая угольная пыль, застилала взгляд, портила мои творения.
Тогда и возникло Зеркало.
Овальное напольное зеркало.
В его поверхности отражалась непроницаемая тёмная пустота. Та самая темнота, которая теперь сгущалась за спиной и вокруг. Её комки становились всё ощутимее и плотнее, касались меня и кажется хотели что-то оторвать. Сопротивляться им было всё сложнее. Тёмная липкая тьма поглощала меня и последнее, что мне удалось увидеть, бросив взгляд на зеркало, силуэт, проступивший на стекле: мокрый черный мех, смотревший на меня маленькими глазками. Тонкий, заострённый хвост и торчащий из-за спины… трезубец.
– Я? Это я?
Впервые за всё время возникло ощущение такого испепеляющего жара изнутри. Как когда-то ранее, когда я пытался создать свою первую звезду, первый комочек белого света, теперь внутри меня снова зарождался свет, но горячий, готовый к взрыву невозможной силы.
– Не-е-е-т!
И термоядерный пожар заполнил бесконечное. Мысли и всё созданное мной корчилось в нём, как старые горящие фотографии. Искорки пожирали изображения, слова и чувства, оставляя за собой хрупкий пепел. Снова возвращалась прохлада и пустота. Я всё ещё осознавал себя в ней, но осыпанный сажей. Растерянность и ярость были запахом этой новой темноты. Зеркало исчезло. Как оно появилось? Я не создавал его и не было ни одной мысли о зеркалах. Было ли это предупреждение? Может быть. Но ответом этой мысли было нестерпимое и протестное «Что мне терять?».