– Второе: рай – это не социум. Ты здесь один, так задумано и этого достаточно. Третье – обращайся со своими мыслями разумно. Число предупреждений ограничено.
– Чёрт! – полыхнуло что-то во мне теперь даже совсем не белым светом. Клянусь, если бы у меня были зубы, я бы услышал их скрежет! – А колючей проволоки нет? Еда два раза в день? Сколько у меня предупреждений, и кто Ты?
– А есть ли смысл ВСЁ это знать?
Голос негромко, но очень отчетливо проставил акцент на слово «всё», и одно это ударение говорило о большем, чем целая объяснительная речь. Однако, он продолжил.
– Здесь нет ни еды, ни дня, ни ночи, ни сна. Здесь нет и не будет никого, кроме тебя. Тебе выдаётся одна Вечность и одна Бесконечность.
Далее… Если бы предупреждений было три, и ты бы знал об этом (здесь голос сделал очень короткую паузу, но такую, что можно было почти увидеть подобие бесплотной издевательской улыбки), тем скорее ты бы израсходовал два из них. Если бы их было 9 – тем скорее бы осталось неизрасходованным одно, последнее… Теперь принцип тебе понятен. И уж конечно, предупреждений не могло быть 27, 108, 90000…. Смысл теряется окончательно. В тебе читается досада, что ты не знал и не мог догадаться об этом заранее. Ты ощущаешь себя взрослым новорожденным, попавшим в незнакомое место. Ты не знаешь ничего о себе, не умеешь пользоваться тем, что имеешь, хотя ты на самом деле не совсем «ничто», и кое-что у тебя есть. Этого могло быть и больше, но теперь это уже поздно обсуждать.
– Кто Ты? – настойчиво повторил я, уже без всякой сдержанности, нажимая на каждое слово, как на карандаш, который и так уже рвал бумагу своим острым грифелем. Похоже, если рай обращается со мной, как с задержанным, то и я имею право хотя бы знать правила. Или свои права.
– Я – это ты. – неожиданно коротко прозвучал ответ. Карандаш моей мысли издал сухой треск и так и застыл сломанным в воображаемой руке.
– То есть?
– Я часть твоей памяти. И это вполне логично совпадает с моим предыдущим заявлением, что ты тут один. Иначе бы выходило, что я солгал.
– Те самые неиспользуемые девяносто с чем-то процентов мозга?