Буддизм более продвинутая религия в изучении метафизических законов. Христианство работает больше в области психологии. Это не удивительно. Для буддистов, Бог – есть знания, для христиан, Бог – любовь. Буддизм работает в области познания человеческого сознания, тогда как христианство в области психики человека. Психология, как наука, зародилась в западно-европейской цивилизации, на востоке по-другому воспринимают поведение людей и процессов происходящих с ним. Там есть такое понятие как Дхарма, а поведение человека рассматривается как встроенная единица в эту систему мироздания.
Ярким отражением видения средневековой европейской цивилизации о загробном существовании души является поэма «Божественная комедия» Данте Алигьери. Загробные странствия писались еще и до «Комедии», такие как: «Чистилище св. Патрика», «Хроники» Альберика из Труа-Фонтен, «Видения рыцаря Тундала» и т.п. ряд средневековых поэм, но именно «Комедия» Данте является наивысшим художественным средневековым произведением, отражающее те взгляды, которые ходили тогда в средневековой Европе, и которые эхом отражаются в наши дни. Это есть плод эсхатологических верований средневековья на посмертное существование. Все эти произведения писались в аскетическом экстазе, и благочестивом приятии, предчувствии Потустороннего бытия – единственного важного для спасения праведного христианина. Все эти фаустовские метания пронизывают западно-европейскую культуру, которая отражается и на поведении современных людей.
Идея посмертного воздаяния за грехи, за праведную жизнь на земле невозможно было обосновать только христианской моралью. Поэтому в VI веке в христианское учение было введено такое понятие как «Чистилище». Это было плодом христианских богословов того времени, стремившихся смягчить мрачный пессимизм изначальной христианской догматики. Представление о чистилище основано на вере, что своевременное покаяние может привести к прощению любого греха. В Священном писании говорится о первом из людей вошедшем в Царствие небесное после Христа, коим был рядом распятый разбойник, который покаялся перед смертью. Тем самым его душа была спасена, а вот второй разбойник не раскаявшийся, ушел в небытие. От сюда, я думаю, следует учение об этонои, искреннее покаяние, когда душа вычищается перед смертью от мучащих грехов.