Одиннадцатая книга («Каппа») «Метафизики» Аристотеля занимает особое место в корпусе его сочинений. Традиционно рассматриваемая исследователями как более ранний набросок или конспект идей, детально разработанных в книгах III, IV, VI и XII, она, тем не менее, обладает строгой внутренней логикой и выполняет ключевую системообразующую функцию. Книга служит смысловым мостом между учением о сущем как таковом и натурфилософией («физикой»), демонстрируя единство аристотелевской системы. Структурно она делится на две основные части: главы 1-8 посвящены проблемам первой философии, а главы 9-12 – анализу движения и бесконечного, что непосредственно сближает их с предметом физики.
I. Природа и предмет первой философии (Главы 1-3, 7-8).
Центральная задача начальных глав – точное определение предмета «мудрости» (σοφία) или первой философии.
Апории определения предмета (Гл. 1): Аристотель начинает с фундаментальных затруднений:
–Должна ли мудрость быть единой наукой или совокупностью наук?
–Должна ли она доказывать первые начала или только изучать их?
–Должна ли она изучать все виды сущностей или лишь высшие?
Эта апоретическая метода, как отмечает А.Ф. Лосев, является для Аристотеля не тупиком, но продуктивным методом прояснения проблемы, унаследованным от Платона [1].
Критика конкурентов (Гл. 1-2): Отвергается возможность отождествления первой философии с:
Физикой, ибо та изучает сущее, которое имеет начало движения в себе, тогда как первая философия ищет неподвижные и первые причины.
Математикой, ибо та изучает сущее как неподвижное, но не существующее отдельно от материи (лишь в абстракции).
Учением об идеях (платоников), ибо идеи не существуют как отдельные сущности, а введение их приводит к «третьему человеку».