Перевод: «Аристотель здесь описывает характеристики, которыми должен обладать высший принцип: (1) Он должен быть таким, чтобы ошибка относительно него была невозможна. (2) Он должен быть наилучше известен. (3) Он должен быть не-гипотетическим… Он должен быть познан не через доказательство и не через предположение, но через прямое интеллектуальное постижение.»
Комментарий: Росс, крупнейший современный комментатор Аристотеля, структурирует критерии, выделяя ключевую мысль: высший принцип постигается интуитивно (νous), а не дискурсивно.
Алексей Фёдорович Лосев:
«Аристотель требует для первого принципа абсолютной самоочевидности, которая… коренится в самой структуре бытия и мышления. Этот принцип не «предполагается», а с необходимостью «усматривается» умом как первая и самая достоверная истина, без которой немыслимо ни познание, ни само бытие.»
Комментарий: Лосев подчеркивает онтологический фундамент логического принципа: его самоочевидность проистекает из того, что он есть закон самого бытия, а не просто правило мысли.
[10] περὶ ἣν διαψευσθῆναι ἀδύνατον – διαψευσθῆναι означает «быть обманутым», «ошибиться». Речь идет о принципе, который настолько фундаментален, что ошибка в его признании или непризнании разрушает саму возможность мыслить и говорить осмысленно.
μὴ ὑπόθεσιν εἶναι – Ключевой признак. Ὕπόθεσις (гипотеза) здесь – это не научное предположение, а произвольное допущение, которое может быть иным. Высший принцип не может быть условным.
[11] Ἅπαντα γὰρ ἀνάγκη εἶναι ἃ ἐπίσταταί τις ἐλθόντα – Уточнение: знание, с которым «приходят» к науке, – это предварительное, необходимое знание ее начал.
τὸ δὲ τοιοῦτον ἀνάγκη γνώριμον εἶναι μᾶλλον ἢ τὴν ἀπόδειξιν – Принцип более познаваем (γνώριμον), чем доказательство, потому что он является его условием. Доказательство опирается на него, а не наоборот.
[12] Τίς δ᾿ αὕτη, φέρε εἴπωμεν – Риторический переход к формулировке самого принципа. (См.: Ross W. D. Aristotle’s Metaphysics. P. 260-261; Аристотель. Метафизика. Перевод А.В. Кубицкого. С. 127).