Мне часто приходилось слышать от посетителей матушки Феодосии такие признания: «Придёшь к ней со своими печалями и скорбями, постоишь рядом и подумаешь про себя: «Что ж это я нюни распустил? Вот старица полвека лежит парализованная, мучается от болей, а улыбается, как ребёнок». Посмотришь на неё и уходишь утешенный одним только видом праведницы».
Священник Сергий Рыбаков говорил об этом так: «После посещения матушки Феодосии все собственные духовные и телесные немощи казались уже ничтожными даже только оттого, что увидишь её, старицу-подвижницу, у которой только и движется, что одна голова. И она, такая немощная, как никто другой, могла всякого приходящего к ней утешить, вселить радость и надежду на лучшее. Помню, у неё было такое ласковое, такое светлое лицо и голубые добрые глаза…»
Очень проникновенно рассказала мне о своём посещении скопинской старицы известная рязанская журналистка Татьяна Кулаева:
– Я приехала к матушке Феодосии с большой скорбью. Целый год не могла прийти в себя после жестокого кризиса в семье и серьёзных проблем на работе. Часто плакала. Устала от этого, измучилась, но никак не могла остановиться. Поехала к матушке Феодосии. Долго ждала своей очереди. А когда зашла к ней в комнатку, то не знала, что сказать. Передо мной лежала немощная, совершенно больная старица. А от неё исходил свет праведности. И вот я стояла рядом с ней и ничего не могла сказать. А на душе у меня сами собой происходили какие-то светлые перемены, хотя глаза были полны слёз. Тогда матушка спросила меня:
– Чего молчишь?
– Плачу…
– А ты не плачь.
Вот и всё, что она сказала. Всего три слова, но после них я словно преобразилась. Камень тоски, давивший мою душу целый год, рассыпался в прах. Мне стало легко и спокойно. Я попрощалась с матушкой и ушла. Вот так, сказала мне матушка Феодосия три слова и излечила мою больную душу».
А вот ещё несколько примеров.