1.2. Эксперименты, подтверждающие связь
Лаборатория Университета Торонто напоминала космический корабль, застрявший в сером осеннем дне. Стеклянные стены, холодный свет люминесцентных ламп, тихий гул компьютеров. По коридорам сновали люди в белых халатах, но сегодня здесь было необычно оживленно. На столе в кабинете нейробиолога Эмили Райт лежала стопка фотографий – десятки пар глаз, снятых крупным планом. Одни смотрели прямо в объектив, другие – в сторону, третьи были прикрыты веками. Эмили провела пальцем по краю стола, словно проверяя реальность. Сегодняшний эксперимент мог изменить всё.
– Готовы? – спросила она, обернувшись к ассистенту.
– Участники ждут в комнате №4, – кивнул тот. – Томограф уже запущен.
Первым вошел Джейкоб – парень лет двадцати пяти, в растянутом свитере и с книгой Стивена Кинга под мышкой. Его пригласили как «обычного человека», без специального отбора. Эмили улыбнулась: именно такие люди делали науку живой.
– Всё просто, – сказала она, указывая на экран. – Вы будете смотреть на фотографии лиц. Иногда – отвечать на вопросы.
Джейкоб кивнул, но внутри его грызло любопытство. «Зачем мне это? – думал он, лёжа в томографе. – Может, они изучают, как я реагирую на улыбки? Или ищут психов?»
Первые изображения мелькали как кадры из старого кино: женщина с нейтральным лицом, мужчина в очках, ребенок. Джейкоб расслабился. Но вдруг на экране возникла фотография девушки, чей взгляд пробил его насквозь. Казалось, она видит его – настоящего, со всеми страхами и тайнами. Его пальцы сжали подлокотники кресла.
– Что вы чувствуете? – спросил голос через динамик.
– Как будто меня… читают, – выдавил Джейкоб.
В соседней комнате Эмили смотрела на монитор. Красные и желтые пятна на карте мозга Джейкоба пульсировали, как огни мегаполиса. Зоны префронтальной коры, отвечающие за самосознание, загорались ярче, когда участники видели прямой взгляд. «Они чувствуют, что за ними наблюдают, даже на фото, – записала она. – Самоконтроль включается на автомате».
Но внезапно графики прыгнули. У одного из участников – пожилого мужчины – миндалевидное тело, зона страха, активировалось так резко, будто его ударили током. Эмили нахмурилась. На экране у мужчины была фотография человека с холодными, сузившимися глазами.
– Вы в порядке? – спросила она через связь.
– Да, но… этот взгляд. Будто он меня ненавидит, – прошептал участник.
Эмили вспомнила, как в детстве, гуляя в лесу, встретила оленя. Они замерли, смотря друг на друга, и она почувствовала, как её тело цепенеет от животного ужаса. Тогда она не понимала, почему. Теперь знала: миндалевидное тело кричало «беги!», хотя разумом она осознавала, что олень безобиден.
– Наш мозг запрограммирован видеть угрозу в чужих глазах, – объяснила она позже на собрании. – Даже если это всего лишь фото.
Джейкоб, выйдя из университета, долго смотрел на прохожих. Он ловил их взгляды, пытаясь угадать, что скрывается за ними. «Может, этот парень злится? А та девушка грустит?» Внезапно он заметил мужчину у метро – тот сидел на ступеньках, уставившись в пустоту. Его глаза были стеклянными, мутными. Джейкоб хотел пройти мимо, но что-то заставило остановиться.
– Всё в порядке? – спросил он, чувствуя, как сердце колотится.
Мужчина медленно поднял голову. Его взгляд, пустой и тяжёлый, упал на Джейкоба.
– Нет, – ответил он. – Но спасибо, что спросил.
В тот вечер Джейкоб вернулся домой с странным ощущением. Он включил компьютер, нашёл исследование Эмили. «Миндалевидное тело. Зеркальные нейроны. Самосознание…» Казалось, эти термины объясняли, почему он не смог пройти мимо. Его мозг уловил боль в глазах незнакомца – и зеркальные нейроны заставили его «действовать».
– Надеюсь, это не единственный случай, – пробормотал он, глядя в окно на ночной город.
А в лаборатории Эмили дописывала отчёт. На столе лежала распечатка с данными: 89% участников реагировали на прямой взгляд активацией зон, связанных с самооценкой. Она улыбнулась. «Мы не одиноки, – подумала она. – Даже когда молчим, наши глаза кричат».
Внезапно в дверь постучали. На пороге стоял директор института с папкой в руках.
– Ваши результаты… Они впечатляют. Но есть нюанс.
Эмили замерла.
– Участник №5. Тот самый, у которого миндалина взорвалась… Он оставил контакты. Говорит, хочет помочь дальше.
– Почему? – удивилась Эмили.
– Сказал, ваш эксперимент заставил его вспомнить что-то важное.
Она открыла файл. Участник №5 – Марк Теллор, 54 года. Бывший военный. В графе «комментарии» было написано: «Эти фотографии вернули меня в Афганистан. Там я научился читать угрозу по глазам. Ваше исследование объяснило, почему я до сих пор не могу забыть те взгляды».
Эмили закрыла папку. За окном горели огни Торонто, и ей вдруг стало ясно: их работа – не просто графики и проценты. Это ключи к темным комнатам человеческой души. Ключи, которые, возможно, однажды помогут эти комнаты осветить.
– Договорились, – сказала она. – Начнём завтра.