Грянувшая музыка и почти погасший свет, прорезаемый синевато – белыми лучами стробоскопов выхватывал причудливые, изломанные фигуры дерущихся молодых людей. Летали пластиковые стаканчики, кто – то поднял стул…
Считать раны и товарищей
Взревевшая неожиданно сирена и яркий свет, ударивший из всех внезапно включившихся ламп, люстр и прожекторов заставили на миг остановиться почти всех, но, если бы не вбежавшие следом двадцать огромных, квадратных охранников это стало бы лишь передышкой. Потому что Тимур уже сидел на Билли верхом, Денис и Зак тяжело боролись «в партере», Егор и Чак бросили карате и сцепились как два кота, разорвав друг на друге майки. Лица Майка и Джо были залиты кровью, хлеставшей из разбитых губ и носов. Анна сверкала заплаканными глазами, а индианка тихо плакала, стоя совсем рядом с нею почти как союзница. Охранники действовали быстро и верно, растащив для начала русских и американцев. Потому что остальные участники внезапной битвы остановились сами больше удивленные, чем разозленные своим столкновением. Правда, очередная мгновенная и громкая война израильтян с арабами у эстрады какое-то время ещё длилась, но вскоре и там был установлен как всегда хлипкий и временный мир.
Вечер и ночь были окончены. Ди-джей, качая головой с наушниками выключил аппаратуру и горестно склонился над разбитой колонкой. Охранники тактично, но убедительно показали всем на выход, так же твердо усадив на стулья русских и американцев и поставив перед ними пару аптечек. Вскоре десять человек под присмотром пяти охранников остались в разгромленном зале одни. Впрочем, никто, судя по всему, не собирался устраивать «крутых разборов» как предположил Денис. Скорее наоборот. Две ловкие официантки поставили на столы кофейники и чайники, расставили чашки и сладости и скрылись в кухне.