– Что за гнусная забава в стиле Гольденбаумов, – с негодованием прорычал Райнхард и ударил Ланга и Лихтенладе ещё раз с хорошей оттяжкой, – кто вам тут разрешил так развлекаться, подонки?
Оба негодяя могли долго соревноваться между собой, чья физианомия выражала больший ужас, они едва ли не мгновенно подскочили после удара и очень проворно кинулись прочь, ничуть не уступая в скорости прочей, уже сбежавшей нечисти.
– Хозяин, хозяин, – завывали они на все лады, – катастрофа, император добрался и сюда! Спаси нас, хозяин!
– Да пошли вы в котёл, придурки, – скучающим тоном ответил из ниоткуда уже знакомый голос, обладателя которого так и не было видно. – Вам там самое место.
Райнхард бросил хлысты на пол – тот оказался каменным, и стало возможным разглядеть боевой нож, отчего-то лежавший там. Молодой император подобрал его и занялся оковами – это было хоть и нетрудно, но муторно. Ройенталь смотрел на него взглядом затравленного зверя, смирившегося с погибелью – похоже, он не мог поверить в реальность происходящего. Райнхард снял с себя плащ и осторожно укутал друга:
– Прости, Ройенталь, я не знал, что тебе так больно. Ты сможешь идти сам или тебя лучше нести?
– Мой император, мой император, – горьким шёпотом проговорил пленник, и его плечи затряслись от рыданий, – зачем Вы здесь так скоро, Ваше величество? Я не заслужил этой милости, я… я ведь действительно хотел…
– Ройенталь, я спросил тебя, сможешь ли ты идти со мной, а остальное мы можем и потом выяснить, если будет желание, – радушно, но твёрдо сказал Райнхард. – Даже не жди, что я оставлю тебя здесь – да и Миттельмайер мне бы этого никогда не простил. Твой сын играет с моим и уже хватал звезду с неба – что за чепуха вспоминать бред, навеянный лихорадкой, а?
– Мой император, – едва слышно прошептал Ройенталь в ответ и поник головой, – простите меня.