8 мая. Письмо епископу Смарагду (Крыжановскому)24: «Трудно служение Ваше: за то что Бог благословляет оное успехами необыкновенными, Бог да поможет Вам сохранить от искушений противоборствующих то, что приобрели. Желательно, чтобы нашли Вы и в духовенстве Униатском сынов мира, и благорасположили таковых к Православию. Сие послужило бы к обеспечению приобретений, и продолжило путь к дальнейшим» (ЧОЛДПр. 1870. Кн. 12. С. 31).
• Письмо наместнику Лавры архимандриту Антонию (Медведеву): «Мир Вам, Отец Наместник, и братии. Мир свышний да подается Вам, как насущный хлеб души, на всякий день; да умножится Вам и да не отнимется от Вас. Вы заметили, что 20 марта не написал я Вам подобного желания. Простите, что я подал Вам случай к сему замечанию. Но сделайте милость, не толкуйте сего молчания не по любви… Не любим, сказано, словом или языком, но делом и истиною. Итак, любовь не теряет от молчания. Истина не перестает, когда перестает слово. Будем доверять и молчанию друг друга, как доверяем слову» (Письма преподобному Антонию. С. 61–62. № 55).
9 мая. Письмо обер-прокурору Св. Синода С. Д. Нечаеву: «Представляю новый проект резолюции о браках иностранцев» (Письма. 1895. С. 116–117. № 114).
10 мая. Резолюция на консисторском определении о признании недоказанными обвинения священника в нетрезвости и нанесении побоев крестьянину (Резолюции. Т. 3. Ч. 1. С. 233. № 4168).
• Письмо обер-прокурору Св. Синода С. Д. Нечаеву: «Андрей Николаевич25 открылся мне, что он в большом смущении от назначения его в какой-то счетный комитет… Для Вас и для него, и для возлюбленного мира молил бы я Вас как-нибудь избавить его от сего затруднения. Обер-секретарь, старший по чину, кажется, мог бы заменить его в сем поручении. Сделайте милость, примите в мире сие ходатайство, к которому ничего не побуждает меня, кроме желания мира полнаго и неколеблемаго» (Письма. 1895. С. 117–118. № 115).