• Резолюция на представлении правления Вифанской духовной семинарии о выдаче дополнительного вознаграждения учителям духовного училища за счет жалованья больного смотрителя (Резолюции. Т. 3. Ч. 1. С. 305. № 4277).
• Письмо С. Д. Нечаеву: «Не можете ли Ваше Превосходительство сообщить мне карту, где бы я мог видеть Могилевскую, Псковскую и Минскую Епархии для известного соображения?»16 (Письма. 1895. С. 105–106. № 106).
• Письмо С. Д. Нечаеву: «Возвращаю бумаги о Калмыках17. Право, не знаю, что тут делать» (Письма. 1895. С. 106–108. № 107).
30 марта. Резолюция на консисторском определении о взыскании платы за украденный потир (Резолюции. Т. 3. Ч. 1. С. 217–218. № 4151).
• Письмо С. Д. Нечаеву: «Моя теория ученых степеней и чинов по духовным училищам есть следующая: учение собственно духовное не оценивается чином гражданским. Государство, как в светских, так и в духовных училищах, чинами отличает ученость в государственной службе. Степень доктора Богословия есть решительно духовная, и потому право ее есть только докторский крест, который светскому не годится. Предполагается, что и в низших степенях, по характеру духовных училищ, стараются усиливать познания духовныя преимущественно. Степень магистра означает вообще отлично успевшаго в науках, и потому нет никакой несообразности, если права ея сохраняет сложивший с себя духовный сан. Степень кандидата Богословия означает того, кто выше студента по успехам в науках духовных. Если он вступает в училищную службу, где естественно совершенствуется в предметах, которым учит, то как познания, так и права его приличным образом сравниваются с правами университетского кандидата. Но если кандидат Богословия сделался Священником, то он поставил себя в теснейший круг своего кандидатства и не имеет повода усовершаться в науках общих; потому, когда выпадает из сего круга, не может сравниться с кандидатом университетским» (Письма. 1895. С. 108–110. № 108).
2 апреля. Пасха Христова.