– Да, трех женщин встретил я в своей жизни, для завоевания которых я был готов потратить и тратил все силы своей души. Но ни одну из трех я не смог удержать, и больнее всего мне вспоминать о первой из них. Я встретил ее, когда мне было всего двадцать лет, а ей восемнадцать. Нам было удивительно хорошо вместе и на прогулках, и на танцах около костра, и в постели. Я ей отдал всю душу, всю любовь, а она…
– Постой, постой, а что ты взял от нее? Что ты принял?
– Как что, я взял ее любовь. Ее прекрасное гибкое тело. Ее объятия и поцелуи.
– А ее мечты? А ее мудрость женщины, матери, устроительницы очага?
– Ну, ведь я знаю гораздо лучше, как строить дом и семью. Сотни женщин к этому времени уже приходили ко мне с вопросами о своей жизни.
– Так какое же место ты оставлял ей в своем доме? Рабыни в постели? Исполнительницы твоих желаний и твоих планов? О чем она тебя просила?
– Разрешить обставить и обустроить дом по-своему.
– Что ты разрешил?
– Я разрешил ей сменить всю обстановку и покупать любые вещи.
– А что ты дал ей сделать в обустройстве дома, семьи и семейного уклада?
– Я ж уже сказал.
– Сколько времени она терпела?
– Шесть месяцев. И ушла, сказавши, что даже если у нее родится мой ребенок, она ни за что не допустит, чтобы он воспитывался в доме у такого отца.
– Вторую и третью женщину ты любил так же сильно?
– Нет. Еще сильнее. Но я с самого начала предупреждал их, наученный горьким опытом, что дороже всего для меня мой уклад жизни и мои занятия.
– Так что же ты им предлагал?
– Безбедную жизнь и возможность покупать любые вещи, а также любовь.
– А чего же они хотели?
– Пустое. Они говорили, что хотят чувствовать себя хозяйкой в доме.
– И обе ушли сами?
– Да, еще быстрее, чем первая.
– Больше ты не любил женщин?