Я слышала, как позади меня, Иван с Дениской спрыгнули с забора и побежали за нами. Крик прекратился. Мы повернули на улицу, которая выходила на дорогу к железнодорожной станции. Эта была улица, где жили Людмила Терентьевна и Тамара.
В доме у Людмилы Терентьевны горел свет. Свет включился и в соседних домах. На улицу выбежала Тамара, а из дома напротив выглянул пожилой мужчина. Мы начали стучать в ворота к Людмиле Терентьевне, но нам никто не отвечал. Иван перемахнул через ворота, щёлкнула щеколда, и он открыл их. Возле крыльца валялись какие-то палки и топор. Иван побежал к крыльцу, и остановился на пороге, опустив ружьё. В узеньких сенях, прямо у двери лежала в луже крови Людмила Терентьевна, горло у неё было разорвано, и из него всё ещё бежала кровь. Иван пощупал пульс и покачал головой.
– Оля, оставайтесь с Дениской здесь! – Иван повернулся к нам – Радик, побежали через огороды.
Они с Радиком побежали в открытую калитку, ведущую на огород. Во двор зашла Тамара и мужчина из соседнего дома. Тамара вскрикнула.
–Тётя Оля, надо посмотреть в доме, вдруг он ещё там. – Тихо сказал Дениска.
– Нельзя, Дениска. Мы наследим. Лучше давай закроем дверь.
– Хорошо, что он не ест людей. – Тихо сказал мне Дениска.
– Может, не успел?
Мужчина позвонил участковому. Слышно было, как в трубке тот чертыхнулся.
– Сейчас Сергей приедет. Он в Ощепково живёт. Минут двадцать ему на дорогу. – Сказал мужчина, убрав телефон.
Вдали послышался резкий свист, потом крики, потом всё стихло. Я спросила Тамару:
– А Вы не видели Людмилу Терентьевну после того, как мы с Вами от неё ушли?
Тамара вытерла уголком платка глаза и горестно покачала головой:
– Нет, я была в огороде, пока не стемнело, а она больше не выходила. Я только помылась, домой зашла, телевизор включила и услышала крик. – Она снова склонила голову и вытерла глаза – Если бы я только знала!
Я подумала, что мы тоже, если бы только знали, то караулили бы возле её дома. По улице шли Радик и Иван, оба взмокшие, и тяжело дышали. Рядом с ними бежал Полкан.