5 Проблемы этичной конкуренции
Перед этичной конкуренцией, а вернее перед составителями правил игры в нее, стоят серьезные препятствия. Я уж не говорю о том, где взять сам мотив. Но предположим, моральное просвещение удалось и культура индивидуализма, вызванная превратно понятым понятием «свобода», стала историческим недоразумением. Гораздо серьезнее кажутся более обьективные препятствия.
– «Обьективность» экономики и обьективность этики
Остановимся еще раз на этой многострадальной обьективности. Действительно, можно сказать, что насилие всегда обьективно, как и весь детерминизм. Как быть? Просто не надо так говорить. Обьективность детерминизма остается за рамками выбора – вспомним, как мы определяли «зло». Простой пример. Если в соревновании яхт, одна попала в океанское течение и выиграла – честно ли это? Можно сказать, да – ведь течение обьективно. А можно, нет – потому что при чем тут течение? Все зависит от точки зрения. Почему же честно пользоваться рыночными и прочими силами? Обьективность экономических законов не означает, что на них следует молиться. Обьективность счастью не помеха. Холод и дождь еще более обьективны, но люди ставят стены и кроют крышу. Вопрос в том, что считать приемлемым. Экономика – действия людей, и тут достаточно желания договориться, даже стены не надо возводить.
В экономике много сложных вопросов, когда неясно где кончается «честно» и начинается «нечестно». Как справедливо оценить потери третьей стороны, какова приемлемая доля рынка, как делить вновь найденный ресурс? Во всех этих случаях сложно найти границу где использование независимых от участников рыночных сил становится чрезмерным. Вот естественный рост компании перешел невидимую черту и она стала слишком крупной для рынка. Честная конкуренция перестала быть честной – чем больше доля рынка, тем больше его искажение. Как же быть? Вернуть яхты на старт нельзя. Тем не менее выход есть – отказаться от дальнейшего расширения, уменьшить расходы на рекламу, сосредоточиться на альтернативном продукте и т.д. В общем, сменить пластинку. Смешно думать, что бизнес «как обычно» подходит к обеим ситуациям – очевидно, мы уже имеем победителя в соревновании. И одновременно – проблему, требующую решения.
А как быть, если человек обладает невероятным талантом, должен ли он требовать такие же невероятные гонорары за выступления? Хочется верить, что даже люди с невероятным талантом обладают совестью, которая поможет им справиться с этой проблемой. Ну, если не сейчас, то хотя бы в будущем. Если равенство участников рынка абсурдно, то крутизна его экспоненты вполне подходит под задачу для этики. Чтобы видеть этическую границу, надо видеть в сопернике, поклоннике или продавце человека. Как яхтсмены остаются друзьями, так и конкуренты должны оставаться людьми. Независимо от того, знакомы они или нет.
– Этичное предприятие
Человек, поставленный управлять компанией, отвечает не только за себя. Коллектив компании тоже требует результата. Когда успех многих зависит от одного, велик соблазн пренебречь далекой обьективностью, ведь и сотрудники и владельцы компании – тоже люди, а ответственность перед ними – этическая задача. Но ответственность за успех компании не должна перекрывать ответственность за успех всего общества. Нынешние акулы бизнеса отличаются прекрасной способностью пренебрегать всякой ответственностью, опираясь на полную аморальность. Я надеюсь, не составит труда опереться и на мораль.
Для этого необходима собственная этичность тех, кто ждет результатов. Ведь и сотрудники, и хозяева – тоже люди. Правда, тут есть проблемы. В крупных компаниях работает полно людей, каждый занят своим делом и моральные проблемы уровня компании видны только единицам. Зато всем видно, что коллектив компании борется с коллективами других компаний. Так что тут мы сталкиваемся с другой проблемой – атавизмом групповой морали. Личный эгоизм маскируется коллективным. Как легко проникнуться корпоративным интересом и коммерческим патриотизмом – дух компании, гордость компании, слава и еще что-то компании! Как легко поддержать компанию в ее неэтичных порывах! Но разве возможна гордость за нечестную компанию? Компания – не первобытное стадо. И клиенты, и акционеры имеют равные моральные права. Одним надо получать качественные услуги, другим – сдерживать свою жадность. В конце концов, каждый акционер – и клиент тоже. В чем смысл?
Атавизм усугубляется делегированием моральной ответственности. Когда в коллективе есть конкретные лица, принимающие решения, моральная автономия подчиненных оказывается потеряна – психология «пешки». Пешки формируют общий аморальный фон – пусть о морали заботится кто-то наверху, а мы хотим только зарплату и еще премию. Те, кто наверху, часто чувствуют фальшивую ответственность перед пешками. Ведь пешки – тоже люди. Я думаю, если коллектив преследует свои цели, пешки теряют право требовать. В свободном обществе каждый автономен. Как во главе коллектива всегда стоит конкретное лицо, отвечающее перед своей совестью, так и его подчиненные не передают ему свою моральную ответственность – каждый остается со своей совестью.
Избавленная нами от всевозможных атавизмов этичная компания вероятно выглядит следующим образом. Ее цель – общее благо, а не прибыль, доля рынка и собственное вечное существование. Она помогает обществу, поэтому найденные способы повышения эффективности – организация, технологии и т.д. – не являются секретом, а распространяются среди всех. Ее внутренняя организация, как и ее отношения с участниками рынка, строится на формальных, этичных нормах. Все обмены внутри компании – в т.ч. оценка труда – эквивалентны или близки к этому, а продукцию она продает по таким же прекрасным ценам.
– Ценовой механизм
Считается, что именно рыночная конкуренция решает проблемы ценообразования. Чудесные механизмы рынка сами собой находят оптимальные цены, позволяющие максимально эффективно распределять ресурсы. Откуда же возьмутся цены на этичном рынке? Как может работать рынок без реальной конкуренции, а значит и без магической борьбы спроса с предложением?
Для начала, уточним как работает капиталистический рынок. Откуда берется цена товара, если продавец хочет продать его максимально дорого, а покупатель – купить максимально дешево? Отбросим сказки о договоре. Договор – это этика, отказ от конкуренции и шаг к кооперации. Возьмем «чистый» капитализм, где как известно, конкуренция идет не на жизнь, а на смерть, и где каждый будет давиться до последней копейки.
Очевидно, что цене этой взяться просто неоткуда – примерно, как и ценности денег. Из двух сторон кто-то должен победить. Если предлагаемый товар предлагается еще кем-то – продавцу не повезло. Он вынужден продавать либо по цене другого продавца, либо дешевле. В пределе, если продавцов много, цена упадет до уровня издержек и даже ниже. С другой стороны, если покупателей много, не повезло покупателю – продавец продаст по максимально возможной цене, которую кто-то способен предложить. В пределе – бесконечно высокой. На реальном же рынке цена будет случайной и определяться не комбинацией количеств продавцов и покупателей, а их «рыночными силами», точнее – способностями скрывать информацию и выкручивать руки противоположной стороне. Эти случайности в итоге сложатся в традицию, которая заменит и эффективность, и обьективность. Ибо сумма издержек – точно такая же случайная величина. Ибо все ценности в конечном итоге определяются трудом, труд – временем, а время – насилием власти и сопротивлением подданных.
Такова в реальности магия капиталистического рынка. То время свободы, которое исторически проникает в деньги, насильственный рынок выявить не в состоянии – ибо он только продолжает традицию вечного насилия. Капиталистические цены, а следовательно и сами нынешние деньги, не содержат обьективной ценности. В свете этого, способность сторон договариваться, даже несовершенная, опирающаяся на их субьективные представления о затратах труда и обоюдных нуждах – уже шаг вперед. Понимание этого простого факта делает рассуждения о «механизмах» рынка бессмысленными. Чем этичнее люди, полнее информация и совершеннее институты рынка – тем лучше, правильнее и справедливее цены. А деньги ближе к времени.
Но как договор позволяет согласовать субьективные представления договаривающихся сторон? Отражает ли «время свободы» общественные потребности, без чего экономическое хозяйство будет вечно бесхозяйственным и неэкономным? Для ответа нам надо окончательно проснуться, достать калькулятор и углубиться в понятие «ценность».