4 Функции
Разделка государственной туши привела к появлению системы, напоминающей качели, где на одной стороне – торговый договор, а на другой – неторговый приговор. Чтобы понять как это работает, надо начать с ее функций. Но где мы их возьмем? Если принять гипотезу, что даже в идеальном обществе физическое насилие запрещено – обещанное выше, но не гарантированное государством, будет хорошим началом.
– Охрана личности
Первое – защита от явной, непосредственной угрозы. Какие бывают угрозы? Самая очевидная – физическое насилие или его высокая вероятность. Другой вариант – нефизическое воздействие, представляющее угрозу здоровью, например, инфекционное или химическое заражение, продажа целофановых пакетов без дырок, гвоздей в развес. Еще вариант – личное оскорбление или эмоциональная атака, например демонстрация чего-то такого, что вызывает приступ неудержимой, опасной для жизни бессоницы. Угрозой личности может также являться нарушение границы частной жизни, например проникновение в запертое жилище или в закрытую информацию.
Право на защиту – единственное, которое допускает внесудебное физическое насилие, но поскольку риск для жизни, связанный с этим бывает неприемлем, охраной личности вполне могут заниматься те, кто имеет соответствующие способности. Т.е. тут мы имеем нормальный, здоровый рынок услуг. В принципе, причиной внесудебного насилия можно считать также отказ от разбирательства в суде. Но лучше считать это частью судебной процедуры.
Разумеется, охрана требуется далеко не каждому. А кому требуется? Особо уязвимым – например, грудным детям и беременным. Тем, кто занят опасным промыслом – например, ездой на автомобиле и разрешением конфликтов. А также тем, кто несет риск посторонним – родителям тех же детей. Важно заметить, что охрана не может мешать жить посторонним, например, ходить им по тротуару. Блокировать публичное пространство чревато конфликтом!
Что происходит дальше, после того как насилие применено и угроза ликвидирована? Настает пора мирного разрешения конфликта. Стороны могут уладить недоразумение, согласовать справедливую компенсацию или перенести дело в суд, если договориться на месте не получается. В итоге всех этих действий мы имеем неторговый договор. Почему? Торговый договор – когда предложена услуга и получена оплата. В данном случае – создана проблема и получена компенсация. А как квалифицировать участие третьей стороны? Услуга суда – частично торговая, ее выбирают сами стороны, а частично нет, если ее оплачивает проигравший. Но поскольку он это делает по предварительному договору, суд можно считать чисто коммерческим.
Может возникнуть ситуация, когда в процессе самообороны нападавший погиб. Значит ли это, что конфликт исчерпан? Не обязательно. Если ущерб возник, его надо возместить. Очевидно суд возможен и в этом случае. А если после нападавшего – скажем, агрессивного водителя, напавшего своим автомобилем на бетонную тумбу – ничего не осталось? Пострадавшую выручит ее страховая компания.
Но и это еще не конец. Что если угрозу до конца устранить не удалось? Что если она реализовалась? Компенсации может оказаться недостаточно и наступает пора сурового, но справедливого наказания – особенно, если напавший никак не хочет добровольно покаяться и все отдать. Допускает ли свобода частное возмездие? Как посмотреть. Мы знаем, что исправление несправедливости требует договора – даже пусть наказание выводит нас из публичной сферы. Значит, нельзя исправить ее молча отомстив – месть, самосуд и прочее несанкционированное насилие нам не подходит. Но зато можно наказать – потом, после компенсации – в рамках процедуры по приговору суда. Смысл процедуры – оценив все конкретные обстоятельства помочь найти справедливую меру наказания, причем решать, т.е. приговаривать, должен потерпевший – его личное чувство справедливости теперь есть высший судия. Процедура не только порадует окружающих, но и поспособствует общему благу – обеспечит порядок и спокойствие, подарит шанс на перевоспитание неопытному нарушителю, избавит общество от рецидивистов. То бишь, хорошо бы процедура давала потерпевшему право как условного помилования, так и личного исполнения наказания – чтобы тот почувствовал не только персональную ответственность, но и горячее желание в следующий раз стать настоящим человеком. Правда, не каждому наказание по силам, а некоторые его виды – например, тюремное заключение – требуют массу времени. Появляется потребность в услуге. Поскольку наказание является частью судебной процедуры, насильственные действия к осужденным могут при желании выполняться судебными приставами. Почему бы тогда не купить у них услугу наказания, а точнее не переуступить ее им за разумную плату – из кармана осужденного разумеется?
Кстати о тюрьме. Правильно ли заключать осужденного в тюрьму? Все мы знаем, а кто не знает, тому можно только позавидовать, что такое тюрьма. Еще как! Отказ иметь дело с теми, кто против договора – отличный выход для свободных людей. Но поскольку все ресурсы, включая территорию, у нас общие, то удаление из общества означает перемещение в область, управляемую властью, т.е. фактически изгнание. Ведь власть – главное отличие между нами и стало быть тюрьма – не что иное как общество насилия. Кто как ни сами «заключенные» должны устанавливать там свои порядки? А мы будем обмениваться с ними необходимым и нам, и им – чтобы не померли с голоду. Раз им решать какой быть тюрьме, пусть оплачивают это право. Наша забота – следить и стеречь. Подозреваю, если эта область достаточно большая, многие из нынешних обитателей планеты наверняка по собственному почину захотят в такую тюрьму, лишь бы не мучиться на свободе. Хорошо бы у них был законный путь туда! А вот обратно вряд ли – порченные насилием нам не нужны.
– Охрана собственности
Вообще-то этот пункт излишен. Защита от угрозы нанесения материального ущерба – продолжение того же права на защиту личности, ибо лишение человека материальных средств ставит под угрозу его существование.
– Охрана порядка
За исключением описанного выше, до решения суда свободного человека нельзя трогать никоим образом. Но как же тогда следить за порядком? Что делать, если правила нашего свободного общества нарушаются без непосредственной угрозы личности? Как быть с неядовитым загрязнением окружающей среды или действиями, вызывающими у посторонних чрезмерное душевное волнение? Как поступить с мальчишкой пытающим в подворотне котят или соседом мучающим по утрам жену? Очевидно, в обоих случаях порядок действий должен быть примерно таким:
1) зафиксировать факт нарушения порядка (собрать свидетельства и улики);
2) идентифицировать нарушителя – если можно добровольно, иначе следить за ним;
3) создать информационное событие, оповестить окружающих;
4) инициировать судебную процедуру, выступить общественными обвинителями;
5) дождаться решение суда;
6) наказать нарушителя;
7) получить компенсацию за всю эту работу!
Как видно, подобные действия, хоть и являются моральным долгом каждого, под силу не всем и не всегда. А значит, тут мы имеем явную потребность в специальных услугах. Но есть нюанс. Поскольку от охраны порядка польза всем, есть смысл покупать услугу сообща, это своего рода коллективная потребность. Несмотря на этот нюанс, этичные граждане без сомнения смогут оплатить услуги народных дружинников поголовно и эквивалентно – согласно обьективной ценности. Однако учитывая сложности эквивалентности, можно предложить иной вариант оплаты – не потребителем, а нарушителем. Такая форма оплаты не обязательно должна привлекать суд – все может работать на добровольной основе. Да, возник конфликт. Кто-то нарушил общественный порядок и вынужден покаяться. Нужен нам для этого суд? Разумеется нет. Достаточно желания договориться, хоть в данном случае и нерыночно. Если же ущерб велик, а нарушитель беден, дружинников выручит их страховая компания.
Бывают однако ситуации, когда имеет место тайное нарушение. Причем оно вполне может включать угрозу личности и ущерб собственности. В этом случае защитники порядка за дело могут не взяться – оплата не гарантирована, да и заинтересованное лицо присутствует. Последний факт указывает на наличие персональной потребности в услуге, а значит и рынка. Однако, такая удача случается не всегда. А бывает, что заинтересованное лицо понесло такой ущерб, что уже не в состоянии договариваться. Тут мы сталкиваемся с ситуацией, когда в обществе должен существовать механизм оплаты поиска преступников. Кто же платит, если заинтересованного лица нет? Кроме дружинников некому. А если преступник не найден? Опять страховая компания.
– Спасение утопающих
Применение насилия к посторонним людям ради их спасения является довольно щекотливой проблемой. Посторонний человек, вообще говоря, имеет право на выбор любого образа действий, если это не касается окружающих. Однако, если для того, чтобы свести счеты с жизнью, он выбрал людное место, мы вправе говорить, во-1-х, о эмоциональном насилии над окружающими, представляющем реальную угрозу их психическому здоровью, а во-2-х, о нарушении границ личной сферы. Я полагаю, мы все имеем право на то, чтобы в публичной сфере не совершалось ничего чрезвычайного, несмотря на то, что для части публики подобные события представляют известное развлечение. Поэтому спасение утопающего, даже если он решил свести счеты с жизнью, вполне оправдано. Недовольному спасенному следует предьявлять претензии самому себе, включая возмещение ущерба, понесенного теми, кто его спас – планировать надо тщательнее! Что касается благодарности, возмещения морального ущерба окружающим и оплаты расходов – лучше, если все это происходит на неформальной почве, свойственной личным отношениям, которые несомненно тут же и возникнут.