3 Конфликт и договор
Это был поистине прекрасный итог, освободивший мою голову изнутри, хотя и украсивший ее снаружи. В результате, несмотря на мое желание вернуться на работу, массаж мой затянулся и мне поневоле пришлось искать чем заполнить утомительные сеансы. В отсутствии Макса я решил сосредоточиться на свободном обществе собственного покроя. Тем более, что еще далеко не все ясно с этим обществом. Вот например, а такие уж ангелы эти свободные люди? Почему бы не предположить, что в семье не без урода? И верно – никогда все не будут этичны. Всегда будут больные, не способные быть моральными – вот их и может остановить риск наказания. Но что если такой окажется еще и тупым? Конечно, в будущем возможно лечение идиотов, но природа хитра и изобретательна, лучше быть готовым остановить такого до того, как он нанес удар. Во-2-х, в личных отношениях не все бывает гладко. Люди могут ревновать, завидовать и даже ненавидеть друг друга. Вдруг у кого-то не выдержат нервы? Конечно, в личную жизнь общество не полезет, но ведь человек вполне может свихнуться от такой жизни на работе! В-3-х, молодежь и подростки обязательно должны пройти стадию бунтарства и протеста. А кто из родителей в состоянии уследить за ними? Разве не стоит помочь этим бедолагам? Ради общего-то блага?
Да, тут есть о чем подумать! Это хорошо. А еще лучше то, что в свободном обществе далеко не все проблемы от маргиналов. Помятуя о сложных отношениях свободы и детерминизма, будет правомерно предположить, что даже свободному обществу свойственны конфликты. Да и вообще, бывает ли свобода бесконфликтной? Это порядок известен своей слаженностью и складностью, а свобода больше напоминает хаос – вольные граждане не только ошибаются, они могут иметь разные точки зрения! И хотя это не значит, что они сразу приступят к мордобою, конфликт надо как-то разрешать! И желательно не как-то, а цивилизованно.
Третья причина, по которой нам (это я уже воображал себя среди ангелов!) будет необходима система безопасности – катастрофы, эпидемии и катаклизмы. Нет сомнения, что свободное общество тут пойдет гораздо дальше нынешнего государства. Однако борьба с катаклизмами отличается от борьбы со свободными людьми, временно вставшими на путь порока. Строго говоря, защита от напастей детерминизма – основное направление деятельности человека с того самого момента, как он осознал себя способным на этот подвиг. Сюда входит и труд, и наука, и творчество, и даже массаж! А что это значит? А то, что система безопасности – нечто куда более специфическое, заточенное прежде всего на разрешение конфликтов, от самых простых – вызванных нарушением известных даже идиотам законов, до самых сложных – вызванных неизвестными науке силами, разводящими людей по разные стороны баррикад.
Отложим пока нарушение законов и посмотрим на конфликты посерьезней. Конфликтов, очевидно, нам не избежать. Даже ангелам не удастся заранее предусмотреть все необходимые законы. Хуже того, придумывание законов в свободном обществе вообще невозможно заранее! Девиз свободы – «разрешено все, что не запрещено». Но откуда тогда возьмется это «запрещено»? Как раз от того, что возник конфликт – чьи-то ловкие манипуляции привели к обиде, несправедливости и жажде крови. Подобные конфликты тоже существуют с того момента, когда люди научились манипулировать руками. Это благодаря им возникли сначала примитивные политические структуры, а потом и современное государство – система мирного разрешения конфликтов. Госбезопасность – лишь вторичная ее функция, помогающая сохранить саму систему. Стало быть, если мы хотим уничтожить государство, мы прежде всего должны подумать именно о способе разрешении конфликтов, а уже потом о том, как защитить этот способ от тех, кому он не по душе.
Что же такое политическая система? Сначала я под внешним влиянием решил, что это тоже типа способа борьбы с катаклизмами – примерно как самолет борется с землей. Если правильно выстроить «сдержки и противовесы», то все силы ваимоуничтожатся и самолет государство сразу взлетит! Но потом догадался, это не так. Люди – не куски, падающие с неба, их интересы невозможно предусмотреть, а идеи – предугадать. Они разрушат любую систему, если им захочется. Важно, чтобы не хотелось, чтобы они поверили, что мирный договор куда лучше клапанов и зажимов, балансов и ветвей. И такое возможно! Если скажем в экономике консенсус пока проблематичен, то с физическим насилием он уже практически достигнут. Многие граждане, несмотря на страх и жадность, уже отучились от мордобоя по любому поводу. Так что вместо клапанов и зажимов, мы пойдем иным путем – этичного договора.
Впрочем, отправится дальше по этому пути мне помешала сломанная спина. Может и к лучшему. Ибо неизвестно, как далеко бы я забрел со всеми этими консенсусами, собраниями да голосованиями. Так что вместо деталей новой политической системы будем считать, что противники как-то договорятся между собой и мирно разойдутся, унося в массы новый закон. Все, что можно сказать об их договоре – он будет неторговый. Договор «купи-продай» возможен если некто придумал новый способ избавиться от старого насилия, но невозможен, если общество столкнулось с доселе неизвестным видом насилия – ибо тогда неясно как его преодолеть. Соответственно, нет ни предложения, ни спроса, а есть противоположные мнения. Согласовать их – дело долгое и хлопотное, а результатом будет не только новый закон, но и соответствующая компенсация пострадавшему. Этим направлением платежа и ценен неторговый договор. Можно сказать, торговый договор оценивает добавленное благо, неторговый – потерянное. Торговый совершенствует практические блага, которые стремятся к общему благу как к солнцу, но никогда до него не дотянутся. Неторговый – занимается разрешением таких ситуаций, где по хорошему договориться о компенсации не получается. А разрешив такой спор, он возводит нормы этики на новый, доселе невиданный уровень, откуда она сияет не хуже солнца.
Раз уж мы залетели в такую высь, давайте для иллюстрации вообразим борьбу за свет. Пусть неизвестный герой изобрел электрическую лампочку, потребность в которой существовала еще с библейских времен. Детерминизм оказался побежден, а герой копил благодарности. У населения появилась свобода от темноты. Но одновременно появилась смерть от незнакомого населению электричества. Что делать? Возможно, какой-то будущий герой и бросился изобретать изоляцию, но большинство наверняка бросились за компенсацией, и эта трансформация благодарности в свою противоположность сильно стимулировала творческий процесс. На первом этапе, когда на рынке появилась лампочка, главенствовал торговый договор. На втором, когда общество взыскало с изобретателя компенсации – неторговый. На третьем, когда тьма сгинула окончательно и мирное электричество пришло в каждый дом – опять торговый.
Возможно и обратное направление сознания – от неторгового к торговому, когда потребность возникает в результате конфликта. Скажем, благоприятная организация нашего общества привела к повышенной рождаемости и к ее неблагоприятным последствиям – тесноте и толкотне, а отдавливание пальцев на ногах стало мировой проблемой. Наконец, кому-то надоело вытирать ботинки и возник конфликт, суд, неторговый договор и итог – совершитель наступания заплатил штраф. Узнав о новом драконовском запрете, граждане бросились искать спасения, а самые предприимчивые создали устройство, оберегающее невинных пешеходов и их ноги. Продажа и покупка устройства – уже торговый договор, а все вместе – верный шаг к свободе!
Вот такая, значит, у них там необычная политическая система. Вернемся в наш грешный мир. Наша история борьбы за свет наверняка будет сопровождаться не только смертью первопроходцев, но и примитивным воровством лампочек, и для решения всех подобных конфликтов нам понадобится по крайней мере суд. Ведь удобнее решать конфликты в рамках процедуры, а не как попало! Ее итогом может быть не только компенсация, но и новый закон. Если, допустим, запрет на воровство наверняка будет существовать задолго до появления лампочек, то запрет на оголенные провода – что-то совершенно новое. А значит, если суд обнаружит досадное отсутствие необходимого закона, он вполне сможет ввести его сам, или созвать экстренное собрание граждан. Так или иначе, пусть наша простая, но этичная система безопасности включает суд и не включает собрание граждан. Собрание оставим политикам.