Унеси их как можно дальше.
Перед тем как спрятать их порознь, соедини на мгновение, чтобы сила запомнила тебя.
Потом раздели вновь. Камень держи при себе, а амулет спрячь так, чтобы его никто не нашёл.
Цельный он несёт истину, а истина в руках Тьмы превращается в оружие.
Поэтому никогда не позволяй им встретиться. Придёт время – амулет сам найдёт достойного и вновь потянется к камню.
Рыцарь опустился на колено, взял реликвию и склонил голову.
На алтаре лежали два кинжала в резных ножнах.
Оба короткие, одинаковой формы – но будто разного дыхания.
Один – тёмный, словно впитавший тысячи ночей.
Другой – светлый, как сталь, рождённая на рассвете.
– Возьми и это, – тихо произнёс настоятель.
– Два кинжала. Две дороги. Когда-нибудь они должны встретиться, как встретится и то, что ты сегодня разделяешь.
В этот миг стены дрогнули. Снаружи послышался гул – приближались кони, удары, лай собак.
– Иди, – сказал настоятель твёрдо. – Спаси Свет, пока он не угас.
Рыцарь бросился к задней двери. Перед тем как скрыться за ней, обернулся ещё раз.
Его взгляд задержался на лицах монахов – спокойных, смиренных, готовых встретить смерть. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.
Резко распахнув дверь, выбежал наружу.
Холодный ветер хлестнул по лицу.
В небе клубился дым – воины Тёмного уже поджигали нижние строения.
Спустившись по тропе, ведущей в чащу, рыцарь слышал за спиной грохот боя – но впереди ждала миссия.
«Должен успеть. Ради того, что ещё можно спасти».
Он шёл всё быстрее. Кустарник цеплял плащ, колол руки острыми ветвями. Земля под ногами скользила, дыхание сбивалось. Воздух был тяжёлым, пахло дымом и сырой травой.
Вдалеке показалось поваленное дерево. Его корни, вывороченные бурей, образовали естественное укрытие.
Рыцарь подбежал к нему, опустился на колени, окровавленными руками достал камень и амулет. На секунду помедлив, соединил их.
На мгновение тишина наполнилась звуком, которого не было – будто сама земля затаила дыхание.
Серебро амулета вспыхнуло изнутри алым светом, живым, будто его сердце вспомнило, ради чего бьётся.