усилий.
— Что мне делать? — спросила она.
— В рукаве есть защелка. Она открывается внутрь, — ответил Ли. — Нажми на нее.
Отцепив рукав от троса, Роза на мгновение потеряла равновесие, Роберту показалось, что сейчас она свалится с крыши, и тогда уж точно разобьется. Но ей удалось выпрямиться и перейти в безопасное место, правда, шуму она все-таки наделала много.
— Все в порядке! — крикнул ей Ли. — В первый раз всегда не слишком удачно.
— А ты как собираешься перебираться? Кинуть тебе пояс?
— Не надо, — ответил Ли, забрасывая сумку на спину, и через несколько секунд он оказался рядом с Розой.
— Впечатляет, — сказала Роза. — Все знают, как это делается, или только ты?
— Учили-то всех, но не всем это нравится, потому что, как ты заметила, всюду смазка. Что до меня, то я люблю пустить пыль в глаза.
— Астрея, вернувшаяся на небо! — развеселился Джей. Роберт подумал, что они похожи на детей, и ему до смерти захотелось удрать, потому что к горлу опять подступила тошнота. Ли оглядел крышу, на которой он стоял вместе с Розой. Как и первая, она оказалась просторной и плоской, зато следующая была крутой и покрытой старинной черепицей.
— Горе в этих местах с водосточной системой. Она старая, и ее легко разрушить, зато благодаря ей крыши почти всегда сухие. И еще подпорки. Они есть почти на всех улицах и очень для нас удобны.
— Не могу поверить, что никто не знает о вас, — сказала Роза, следя за потоком машин на Гауэр-стрит, которые все одновременно дернулись, едва зажегся зеленый свет.
Поднимавшийся снизу сухой прохладный ветер обдувал ей ноги и затылок.
— Даже днем никто не смотрит наверх. Что уж говорить о вечерах! — отозвался Ли.
— Крыши хранят множество секретов, — вмешался Симон, с заговорщицким видом постучав себя по носу. — Сама увидишь. Роза была в восторге от своего первого удачного прыжка.
— Я сейчас чувствую себя, как детишки на попечении Мэри Поппинс, — призналась она. — Стою себе на крыше и любуюсь Лондоном.
— Ты еще по-настоящему налюбуешься городом, когда пройдешь обряд посвящения, — хмыкнул Ли. — Теперь надо заняться твоим другом. Кажется, с ним будет непросто.
— О чем ты?
Роза оглянулась на Роберта, который все еще сидел на краю крыши, уставясь вниз.
— Похоже, бедняга понял, что боится высоты.
— Послушайте, мне не хотелось бы вас прерывать, — донесся до них голос Симона, — но мы здесь слишком на виду. Давай проведем их по Скелтерской дороге и обратно к Рену.
— Господи, Симон, ну что ты беспокоишься? — Ли повернулся к Розе, которая с восторгом рассматривала его пистолет. — Как насчет того, чтобы вернуться обратно?
— Согласна. А как вы избавляетесь от использованных тросов?
— Раньше отцепляли их и бросали, а теперь сворачиваем и закладываем обратно. Требует времени, зато дешевле обходится. Идем.
Ли скользнул вниз и мгновенно оказался на противоположной крыше. Следом за ним Роза закрепила пояс и сделала то же самое. Роберт, не говоря ни слова, следил за ней, а Симон и Джей подали ей руки и помогли взобраться на крышу. Они были явно довольны ее успехами в путешествии по воздуху.
— Займемся сразу посвящением, — сказал Джей, закидывая точно такую же сумку, как у Ли, себе на спину. — Покончим с этим.
— Что мы должны делать? — спросила Роза, когда Симон повесил себе на плечо еще одну сумку.
— У обитателей крыш издавна существовала символическая церемония посвящения для тех, кто хотел жить наверху. Теперь мы многое опускаем. Тем не менее посвящение служит практической цели.
— Так что же это все-таки? — спросила Роза.
— Проверка, как человек переносит высоту, — сказал Симон. Они все посмотрели на Роберта, который неподвижно сидел на парапете.
Глава 19
БАТТЕРВОРТ
— Ладно, Баттерворт, это мне и так ясно. Думай, мальчик.
Иэн Харгрив откинулся, сколько возможно, в кресле и задумчиво поскреб в затылке. Перед ним стоял констебль Баттерворт, который очень хотел ему понравиться. Со своими младенчески голубыми глазами и копной волос цвета спелой пшеницы он выглядел слишком юным для работы в полиции, к тому же все лицо у него было усеяно веснушками, как у диснеевского мальчишки.
— Да, сэр. Все три убийства произошли в одну неделю.
— И тебя и твою бабушку тоже могло сбить автобусом в одну неделю, но это не значит, что за рулем был бы один и тот же шофер.
Баттерворт молчал. Он держался подальше от рук Харгрива, которые, как он слышал, имели обыкновение сами набрасываться на людей и на вещи.
Баттерворт пошел служить в полицию, чтобы не поссориться с отцом-комиссаром. Подумал, что если будет держаться в тени и заниматься