назвал его Джеем. Другой был пониже, потемнее и посерьезнее, по-видимому восточного происхождения. Его звали Ли, и из них двоих он явно занимал более высокое положение. С двух сторон у края крыши были высокие металлические стенки, и Джей жестом показал Роберту и Розе, чтобы они сели возле одной из них. Сам он остался стоять.
— Что ты им сказал? — спросил он Симона.
— Рассказывать — не моя обязанность, — заявил панк, который не желал называться панком, после чего скрестил свои длинные ноги и уселся сбоку. — Лучше показать, чем рассказать, — пробормотал он. — Но не потому, что меня не хотят слушать.
Джей, не обращая больше на него внимания, повернулся к новичкам.
— Сегодня вам разрешили подняться сюда при одном условии — сохранения тайны. — Было заметно, что он не в первый раз говорит эту речь. — То, что здесь происходит, — не игра, а настоящая жизнь, и весьма опасная. Я не знаю, что вы уже слышали о нас, но все это наверняка неправда. Мы сразу же прогоняем от себя людей, готовых обсуждать наши дела с посторонними.
Роберт обернулся посмотреть на Розу. Спина у него замерзла, и вообще он чувствовал себя немножко глупо, сидя на крыше и внимая сумасбродному мальчишке. Роза же, казалось, все воспринимала на полном серьезе и не сводила глаз с Джея.
— Я вам немножко расскажу о нас. В течение многих лет это был замкнутый мир.
— Но больше не будет, — еле слышно вставил Симон. Джей откинулся назад и прижался головой к металлической опоре. За его спиной шестью этажами ниже фыркали и ревели машины.
— У нас свой мир, не такой, как у вас внизу, со своими законами и своим судом. Он довольно большой и раньше никогда не пересекался с вашим.
Он махнул рукой в сторону Тоттенхэм-Корт-роуд, где крошечные фигурки останавливались у магазинных витрин и переходили из одного бара в другой, из одного кафе в другое, как насекомые в своем вечном движении.
— Важно, чтобы вы поняли. Наш порядок отличается от того, к которому вы привыкли там. Мы живем по правилам, которые сочинили мы сами.
Замерзший и обуреваемый сомнениями Роберт чувствовал себя так, словно настойчивые кришнаиты пытались всучить ему книжку с учением о самосовершенствовании. Он поднял руку, желая задать вопрос.
— Сколько вас здесь?
— У нас есть выпускники университетов, панки…
— Да-да, но сколько вас?
Джей вздохнул и, вновь откинувшись назад, посмотрел в небо.
— Надо им сказать, Джей, — вмешался Симон.
— Раньше были сотни. В двадцатые годы почти тысяча…
— В двадцатые?
— Многие бедняки бросили то малое, что у них было, и пошли наверх.
— Но такое нельзя долго хранить в тайне, — возразил Роберт. — Неужели никто не задавался никакими вопросами?
— Вы представляете, сколько людей пропадает каждый год в этой стране? — спросил Джей. — Раньше не заводили карточек. Не было компьютеров. Крыши тогда были не только выходом, это было святое место для человека, который хотел исчезнуть.
— Вы так мне и не ответили, сколько вас здесь. Джей медлил. Роберт удивленно посмотрел на Розу, но она сделала вид, что не замечает его взгляда. Джей, по-видимому, не хотел выдавать информацию. Наверное, он уже и так сказал больше, чем надо. Роберт решил, что пока им с Розой неблагоразумно было бы открывать свои карты, не дай Бог, они преступили какой-нибудь тайный закон следом за Сарой Эндсли.
— Думаю, нас осталось около тридцати. Может быть, меньше. А на рассвете в воскресенье уйдут почти все.
— Как? Почему?
— Я сказал достаточно. Может быть, после посвящения вам скажут больше, но это уже зависит от Залиана.
— А как вы здесь живете? — спросила Роза. — Как передвигаетесь?
— Все в свое время. Ли научит вас перебираться с крыши на крышу. Это легко благодаря городской архитектуре, надо только знать как. Надеюсь, вы хорошо переносите высоту?
— О, я как кошка, — неловко улыбнулась Роза. Она посмотрела на Роберта и отчего-то ей стало беспокойно. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, даже лицо у него покрылось потом. Роза нахмурилась. Не может быть, чтобы он боялся. Ребята, конечно, странные, но не страшные же.
— Ладно, сначала разберемся с передвижением. Затем будет посвящение, а потом мы проводим вас на одну из наших станций и там разберемся, чем мы можем помочь друг другу. Ли, давай.
Джей сел рядом с Симоном, а на его место встал Ли и широко белозубо улыбнулся Розе.
— Иногда меня зовут мистер Фикс, потому что я пришел сюда с кучей приспособлений, которые помогают нам передвигаться с места на место. В основном все то же, что было раньше, разве лишь тогда было опаснее. Единственным способом проверить,