Книги нечитабельные,
встречи невостребованные,
пистолеты табельные,
да мишени мебельные,
Вести не занозятся,
и статья расстрельная,
нехристи елозятся,
только дни пастельные.
Слово отгрохочется,
с мира подаяние,
глупый расхохочется,
умному – раскаяние,
смелым – приключение,
мудрому – прозрение,
глупым – назначение,
ну, а нам летение.
Крылья распластаются,
на поток уложатся,
светом напитаются,
силою умножатся,
книги станут мерою
Слово-материализации,
поздравимся с премьерою,
ну, а здесь – овации!
17.10.2018
пастельный мир
Я скрываю от себя и от других
и Любовь, и преданность, и веру,
чтоб не обесценить миг
и не олинейнить сферу,
чтоб не потерять свой ориентир,
и дорог не проклинать чтоб всуе,
тризна скудная и пышный пир
чтобы не затмили путь, когда блефую.
Мир пастельный нежности таит,
мир реальный скрежетом преполнен,
поцелуйный мир меня родит,
когда предназначение исполню.
импровизация в тональности осени
Я ограничен в праздничном шатании,
в замёрзнусти и нудности таяния,
в алкашести и искусственной трезвости,
в масштабе размашести
и полезности.
Я озадачен предельностью знания,
переполнен глупостью искания,
праведники достали
языками поносными,
легче с детьми, труднее с взрослыми.
Но формулируя абсолют идеальности,
мне б не забывать уточнять тональности…
Всё однозвенно и справа, и слева,
но важны детали, чтоб сердце сумело
распознать знаковестие в туманном рассвете,
чтобы не запутаться в благословительной смете.
Мир идеален в своей суете,
и я идеален – сам и по-своему,
одному просторнее в высоте.