Фото Интернат 1968 г.
А был один год в классе во втором, в раздевалке школы у меня украли подарок. Это была очень большая трагедия. Мне было стыдно, что не уберег свой подарок. Я не сказал о краже воспитательнице, а тихо, молча, плакал после ночного отбоя, под одеялом в своей кровати.
Эта неприятная история, так и сидела в дальнем уголке души маленьким грузом. Пока однажды жена, прочитав рукопись книги. Неожиданно для меня, на Новый год! положила под елку тот самый (украденный) подарок. Пакетик из серой плотной оберточной бумаги (где она его только нашла) С одной мандаринкой и одним яблоком. Конфетами и печениями времен СССР. Честно скажу – отпустило.
Последний звонок 1971 год. В то время я не знал, что государство должно предоставлять круглым сиротам хоть какое-то жилье. Ничего такого не было. В бухгалтерии мне выдали свидетельство о рождении, справку об окончании восьмилетней школы и тридцать рублей. Так же дали бумагу – направление в ПТУ г. Талгара. Где было предписано явиться на занятия к 1 сентябрю.
Так в пятнадцать лет, я остался на улице. Было немного страшновато в плане того, что нет уже привычного утреннего завтрака, обеда, ужина. Нет своей кровати. Первые дни, побродив по городку Иссык, приходилось проситься переночевать в интернат – никогда не отказывали. Устроился грузчиком в городскую столовую и поступил заочно в вечернюю школу-десятилетку.
АСКАР
Там познакомился с Абдрахмановым Аскаром, моим одногодкой. Он позвал меня пожить к себе. У его родителей был большой дом и большая семья. Родители Аскара были чабанами. Летом с Аскаром пасли в горах овец и коров. Вставали в четыре часа утра, и каждый двор городка Иссык выгонял свою живность. Кто три, кто десять, двадцать, и пока дойдешь до гор, набирается целое стадо. До трехсот и более голов. А вечером, каждый хозяин уже ждет своих овец у калитки.
Если у кого-то не досчитывалось барана, то опять бежали в горы и искали заблудших овец от стада. Правда, редко они отставали и быстро мы их находили, воровства не было. Цену даже помню. В день три копейки с каждого барана и пять копеек за корову.
Исповедь
Прости меня, Господи! прости меня, Мама!
Проходят года, но болит в душе рана.
При жизни не мог дать тебе утешение
Сейчас у могилки прошу я прощение.
О, если бы Бог шанс один предоставил.
Смотрел бы в глаза, седину бы поправил,
К ногам бы припал, теплотою овеял,
Как нежный цветок и берег, и лелеял
И слушал бы речи твои наставления,
Как праздник бы ждал, Все твои дни Рождения,
И делал бы всё, чтоб тебя не обидеть,
Счастливой желал бы всегда тебя видеть.
Года не вернуть и чудес не бывает.
Лишь ветер траву над могилкой качает
Вся жизнь без тебя, просто серая гамма
Прости меня, Господи! прости меня, Мама!