Рис Нурпеисова. Акварель, карандаш. “Колхозный сад”
Убежал Сашка, а я продолжал собирать яблоки. Они у шалаша лежали горой. Я волнуюсь, Сашки нет и нет. Андрей тоже волнуется. Что-то бормочет…
А ну-ка хлопец, пойди, сюда. Посмотри, где твой друг пропал. Босиком ведь ушел, не случилось ли чего. Я побежал. Сад был огромный, быстро не побежишь с босыми ногами. Ботинки давали в интернате один раз в год. А они остались в заложниках у Андрея.
Не найдя (зайца) это была кличка Сашки, бегу назад. Что бы сообщить, что его нет негде. Дойдя до шалаша меня, осенило, Сашка то, наверное? Но было поздно. Андрей вышел из шалаша. Посмотрел на меня, вернул мне ботинки и, показывая на Сашкины ботинки сказал; – Пусть твой друг сам за ними приходит. Все это он делал молча, без спешки. Яблок дал столько, сколько мог унести и отпустил.
Выйдя на овраг реки Иссык, я увидел Сашку Задорожного на другом берегу. Он прыгал с камня на камень и кричал мне; быстрей сюда, пока Андрей тебя не поймал. (Он думал, что я тоже убежал). Когда я переходил реку вброд (держа ботинки над головой), то на противоположном крутом берегу показались собаки и Андрей.
Он стоял с палкой вроде посоха и смотрел на нас. Что-то в этом силуэте на фоне вечернего заката было грустное, печальное и в тоже время для меня поучительное и справедливое.
Вот так и прошел один из многих эпизодов моей жизни в интернате города Иссык Алма-Атинской области.
АРТЕК
Так как у меня были склонности к рисованию, наш учитель – поэт, посоветовал мне отправлять рисунки в городскую районную газету. Тут же Сашка вызвался отправлять мои рисунки за меня.