* * *
После крещения князя Константинопольским патриархом для Руси была учреждена митрополия. Одновременно на Русь были отправлены то ли 4, то ли 6 архиереев. В XI в. известно 8 русских епархий. Кроме Киева епископы вскоре появились в Новгороде, Чернигове, Переяславле (Южном), а также в соседствующих с днепровской столицей Белгороде (в 23 км на Ирпени) и Юрьеве (в 80 км, ныне Белая Церковь). Примерно в середине XI века возникла епархия в Полоцке, хотя епископ там упоминается только в 1105 году. В 70-е годы XI века известно о назначении архиереев во Владимир-Волынский и Ростов.
В Ростове епископ Леонтий немедленно был убит. Сменивший его Исайя упоминается в 1089 году, а следующий – Нестор – прибыл только через 60 лет. В 1160-м в Ростове сгорела дубовая церковь, которая признавалась кафедральной, и летописец отметил, что стояла она чуть ли не 168 лет, то есть с 992 года. Также припоминают, что до Леонтия там было еще два епископа, но оба сбежали из-за «злобы языческой». В итоге храм был, но пустовал десятилетиями. И кажется, что вплоть до середины XII века глубоких корней христианство на этой земле не пустило. Только строительные программы и внимание властей в последние годы Юрия Долгорукого и при Андрее Боголюбском переломили ситуацию.
Лишь в начале XII века возникла епархия в Смоленске – учредительная грамота датирована 1136 годом. Примерно в эти годы, скорее всего, появился епископ в Перемышле, а также в Турове. В середине века – в Галиче на Днестре. В самом конце XII или в начале XIII века был епископ в Рязани, к которой тянулся Муром. Только в начале XIII века выделилась епархия во Владимире-Залесском. В 1220-е годы оформились кафедры в Угровске и Луцке.
Глухие свидетельства источников позволяют утверждать, что в XI веке на Руси церковная организация была распространена на небольшом участке Среднего Поднепровья между Черниговом, Переяславлем и Киевом с пригородами Юрьевом и Белгородом. Очаги христианства были еще в Новгороде, Полоцке и Владимире-Волынском. В Ростове развитие проповеди столкнулось с сопротивлением местной общины.
Далее Церковь шла рука об руку с укреплением княжеской власти. Особые усилия к этому приложил Владимир Мономах, который активно строил храмы, и не только в старых городских центрах. Он возводил новые крепости, центром которых обязательно становился собор. Так было со Смоленском и Владимиром-Залесским. Позднее той же схемы придерживался Юрий Долгорукий при строительстве Переяславля-Залесского, Дмитрова и других городов на северо-востоке Руси – будущем центре Московского государства.
Более того, Мономах прилагал особые усилия для повышения престижа Церкви: он стал развивать каменное строительство в отдаленных от Поднепровья центрах. В начале XI века первые каменные храмы возникли в Киеве и Чернигове, где их возводили греческие мастера. Потом Ярослав Мудрый продолжил эту программу – были возведены Софийские соборы в Новгороде и Полоцке. В Полоцке в течение столетия это был единственный каменный храм. В Новгороде каменное строительство продолжилось только в начале XII века при Мономахе. Он же финансировал строительство первых каменных соборов в Суздале и Смоленске.
Понятно, что в лесистой русской средней полосе каменный храм – излишество. Применение кирпича – исключительный изыск, объяснимый лишь статусом. Обилие леса позволяло быстро и дешево строить огромные сооружения из дерева. Кирпич (плинфа) требовал привлечения дорогостоящих зарубежных специалистов, освоения неизвестной техники и вызывал опасения за надежность конструкции – многие храмы вскоре падали или частично разрушались, а новые возводили с перестраховкой прочности. Но храм – престиж князя, на него не скупились.
Еще летописный рассказ «Повести временных лет» о выборе веры князем Владимиром передавал главное отличие православия – величественный обряд. Именно внешняя сторона богослужения стала определяющим критерием в выборе. Она же оставалась основной особенностью и средством привлечения адептов. В глубины теологии не погружались не только рядовые прихожане, но зачастую сами церковнослужители. Еще в середине XII века русские епископы продолжали спорить, например, о необходимости соблюдения поста в среду и в пятницу, возводя анафемы на несогласных. Обряд оставался главным в определении отношения к Западной Церкви – споры развивались вокруг вопроса о причащении опресноками, а вовсе не о соисхождении Святого духа (Filioque).
Церковь была институтом в рамках государственной власти, далекой от бытовой повседневности. Судя по всему, формального участия в обрядах было достаточно, чтобы считаться лояльным. Характерно, что мы почти не располагаем памятниками домонгольского периода, связанными с деятельностью приходского духовенства. Все тексты восходят к монахам, включая архиереев. Из проповедей мирянам известны только пара текстов Феодосия (ум. 1074 г.), игумена Печерского монастыря, и Кирилла, епископа Туровского (сер. XII в.).
Археологи свидетельствуют, что в XI веке в русских землях почти повсеместно произошла смена похоронного обряда. Принято считать, что христианству соответствует трупоположение – ингумация. Хотя канонически это никак не обосновано. Поскольку труп без души, которая уже отлетела, любое его уничтожение допустимо, включая сожжение и поедание дикими зверями. Но случаи ингумации встречаются задолго до 988 г., а курганы сохраняются гораздо позже этой даты – в XIII в. При этом известны даже христианские курганные могильники. Тем не менее рубеж XI века, в общем, заметен. Хотя захоронения продолжают сопровождать инвентарем и другими личными вещами. Кажется, это принято до сих пор.
Та же ситуация с религиозными атрибутами. Традиция ношения нательных крестов стала обязательной лишь в XVII веке. Прежде она не возбранялась, но и не поощрялась. Более того, крестик воспринимался как украшение также у язычников, его использовали даже дикие скандинавы. Он не служил доказательством конфессиональной принадлежности. Исключение составляли специфически оформленные – с распятием, с надписями, энколпионы – кресты, состоящие из створок, в которые закладывались священные предметы, мощи, ладан. Их тоже могли украсть и использовать в качестве простого украшения, но все же это был особый религиозный предмет. Находки именно таких вещей свидетельствуют о распространении христианства. Можно сказать, что в крупных городах Руси оно пустило корни уже в XI веке, хотя неравномерно. Это точно Новгород и среднее Поднепровье, но стоит археологам «уйти» чуть в сторону – и находок в разы меньше, например в Пскове.